Волшебник

– Понимаете, Николай Анатольевич, на такую дулю, что у меня на станции, можно было принять только мощный сигнал и только в упор.

– Радиолюбитель?

– Ну, так… – Виктор чуть улыбнулся. – Дома хороший радиоприёмник, кручу иногда ручки, чтобы языки не забывать.

– Много знаешь?

– Немецкий, английский, начал учить испанский, но преподавателя нет. А с арабским вообще глухо – ни учебников, ни разговорников. Вроде папа с кем-то договорился из Казани, там, бывает, издают такое.

– Папа кто?

– Авиаинженер.

У Павла Осиповича Сухого в КБ главным конструктором.

– Серьёзно, – генерал кивнул и бросил взгляд на часы. – Так, мои парни уже блокировали территорию, теперь можно приступать к самому интересному, – он кивнул капитану, – командуйте, товарищ капитан, а мы с Виктором Петровичем постоим, побеседуем.

Генерала интересовало всё: где и как учится, чем занят в свободное время, есть ли подруги и друзья, планы на будущее, мечты…

Начальник лагеря уже давно закончил сеанс связи с разведцентром.

Он свернул радиостанцию, уложил её в стенную нишу и закрыл тщательно подогнанным куском кирпичной кладки. Ему нравилось сидеть здесь, в тишине и покое, поэтому рядом на крыше, в небольшой башенке, был припасён коньячок, и лимончик.

Сюда, под самую крышу административного корпуса, не мог попасть никто, кроме него. Ещё с войны здесь сохранилось оборудование поста ВНОС[8 - ВНОС – Войска воздушного наблюдения, оповещения и связи], а позже во время ремонта, проход тщательно скрыт от посторонних.

Агент немецкой разведки с позывным «Сирень», оборудовал тут место для проведения сеансов связи. Николай Антонович имел длинный послужной список, начавшийся с дезертирства из Красной Армии в 1941. Дальше последовала служба в зондеркоманде, расстрелы партизан и мирных жителей. Преступлений совершено предостаточно, поэтому трудился Николай Антонович и за страх, и за большие деньги, которые спускал в Сочинских подпольных игорных клубах.

Оглянувшись, он вдруг заметил, как за забором лагеря стоят цепочкой солдаты с автоматами наперевес, и не похоже, что это холостое оружие.

Отсутствовали характерные надульники, а вот подсумки с магазинами – наоборот, висели по-боевому.

Директор подбежал к краю крыши и увидел, как несколько солдат и офицер выводят из кочегарки истопника.

– Суки краснопузые! – он скривил лицо, и, вытащив из тайника пакет, завёрнутый в промасленную ткань, достал «люгер», который считал лучшим пистолетом в мире, и взвёл затвор.