Итоги царствования Екатерины Великой

]: „Въ каждое воскресенье и большой праздникъ былъ выходъ Ея Величества въ придворную церковь; все, какъ должностные, такъ и праздные, собирались въ те дни во дворецъ; те, которые имели входъ въ тронную залу, ожидали Ея Величество тамъ; имеющея входъ въ кавалергардскую залу, въ сей залъ и тутъ более всехъ толпились; а прочее собирались въ залъ, где стояли на часахъ уборные гвардии сержанты. Военные должны были быть въ мундирахъ и шарфахъ; статские во французскихъ кафтанахъ или губернскихъ мундирахъ и башмакахъ; все должны были быть причесаны съ буклями и съ пудрою; оберъ-гофмаршалъ и гофмаршалы заранее до выхода Императрицы, ходили по кавалергардской зале и, ежели усматривали кого неприлично одетымъ, то просили таковаго вежливо выйти.

За нисколько времени Наследника

съ великою княгинею, изъ своей половины, проходили во внутренняя комнаты государыни, которая въ половине одиннадцатаго часа выходила въ тронную, где чужестранные министры, знатные чиновники и придворные ее ожидали.

Тамъ представлялись прежде, или по инымъ какимъ причинамъ имеющие входъ за кавалергардовъ; тамъ она удостоивала со многими разговаривать. Въ одиннадцать часовъ отворялись двери; первый выходилъ оберъ-гофмаршалъ съ жезломъ, за нимъ пажи, камеръ-пажи, камеръ-юнкеры, камергеры и кавалеры, по два въ рядъ, передъ самою Императрицею князь Потемкинъ. Государыня всегда имела милый, привлекательный и веселый, небесный ввглядъ. Ежели были приезжие или отъезжающие, или благодарить за какую милость, но не имеющие входа въ тронную, то представляемы были тутъ оберъ-камергеромъ.

За Императрицею шелъ великий князь, рядомъ съ великою княгинею; за ними статсъ-дамы, камеръ-фрейлины и фрейлины, по две въ рядъ. Темъ же порядкомъ Государыня возвращалась во внутренняя комнаты. Императрица кушала въ часъ. Ежели кто хотелъ быть представленъ великому князю и великой княгине, то представлялся на ихъ половине въ день, когда Ихъ Высочества сами назначатъ.

…

Каждое воскресенье былъ при дворе балъ или куртагъ. На балъ Императрица выходила въ такомъ же порядке, какъ и въ церковь; передъ залою представлялись дамы и целовали ея руку. Балъ всегда открывалъ великий князь съ великою княгинею менуетомъ; после ихъ танцовали придворные и гвардии офицеры; изъ армейскихъ ниже полковниковъ не имели позволеняя; танцы продолжались: менуеты, польские и контрдансы.