В огне

Некоторые солдаты, не имевшие оружия, просто бросались бежать. Британцы не стреляли им вдогонку, потому что хватало проблем и без этого.

На то, чтобы подавить сопротивление, у британцев ушло чуть больше минуты и семьдесят патронов. Ни один из них даже не был ранен.

Наконец, бойня прекратилась…

«Поручик», вышедший первым, огляделся по сторонам:

– Чисто, сэр!

Британцы из Пагоды знали русский и английский, но не знали фарси – вот почему первый, кто вышел к машинам, обратился к подполковнику по-русски.

– Загнать машины внутрь. Рикс, Корриган, убрать тела.

– Есть, сэр!

«Поручик» – его звали Алистер Бенсдейл – сунулся в калитку, дотянулся до пульта управления и нажал кнопку, чтобы открыть ворота. Когда ворота с мелодичным звонком пошли в сторону, он сунулся в головную машину, выбросил из нее тело подполковника и наткнулся взглядом на испуганные глаза скорчившегося сзади, за сиденьями, солдата.

– Аллах акбар… – трясущимися губами вымолвил солдат.

Сасовец понял, что у него нет оружия – иначе бы выстрелил, хотя бы от испуга.

– Выходи.

– Аллах акбар…

Британцу надоело это выслушивать, и он за шиворот вытащил солдата из машины:

– Сэр, у нас гости.

Командир патруля подошел к солдату, поправляя автомат.

– Кто ты? – спросил он по-русски.

– Аллах акбар! – в третий раз сказал солдат, от страха его заклинило, и он знал только это – пароль, чтобы не умереть.

– Понятно… – Британец скривился, одни проблемы с этими, тупые, будто ишаки.

 – Корриган! У нас пополнение! Проводи его… к этим, там, на погрузке, людей не хватает.

Что бы ни говорили про САС – определенные нормы поведения они соблюдали, и «гробовщиками», стреляющими направо и налево, не были. Как любые другие высокопрофессиональные солдаты, они делали только то, что было необходимо.

29 июля 2002 года, вечер

Тегеран

Площадь

Времени с момента покушения прошло достаточно, ситуация на площади все более накалялась…

Прежде всего – приехала полиция.

Приехала тогда, когда еще можно было пробиться по тегеранским улицам. Несколько машин, с мигалками, во главе полицейского кортежа был сам суперинтендант – несмотря на русское влияние, в полиции должности назывались на британский манер. Толка от полицейских не было вообще никакого, единственное, что они сделали – это собрали и увезли трупы и тех немногих, кто остался в живых на второй трибуне (их растерзают в госпитале днем позже).