Паника

И хотя все доказательства могут быть против меня, я не помню, как все случилось – из моей памяти выпала дюжина минут. И, нет я не пил и не употреблял наркотики.

Откровенно говоря, я не знаю как это получилось, но я могу точно сказать, что в случившемся нет моей вины. Тем более, нет вашей вины. Что бы там ни было – не смейте винить себя и жалеть меня. Я надеюсь, что во всем разберусь.

Я люблю Вас, передай это отцу».

Тяжелое бремя грусти и щемящей тоски охватило меня, когда я дописал это письмо. Мне начало казаться, что эту безнадегу я смогу рассеять лишь укутавшись в теплый плед на старой кровати в родительском доме.

Но эта мечта была столь же фантастична, как и мечта повернуть время вспять и не вставать с кровати этим утром.

Третье и последнее письмо я решил адресовать всем адресам своего списка контактов. Пока я размышлял что написать, так чтобы это выглядело лаконично и не слишком отдавало безумием, меня словно обдало холодной водой.

По дороге, с которой я свернул сквер плавно ползла полицейская машина.

Первая мысль, посетившая меня была: какого черта цвет машины так похож на цвет моего спортивного костюма.

Вжимаясь спиной в лавочку мне показалось, что я обнаружил ее еще до того, как увидел. Затаив дыхание, боясь пошевелится я наблюдал за вальяжным, крадущимся движением хищника, высматривающего свою жертву. Предательские бусинки ледяного пота выступили на лбу, мне вдруг захотелось стать облаком и дымкой вознестись на небо. Патрульная, угрожающе помигивая проблесковыми маячками скрылась из поля моего зрения за углом строительного магазина.

Судорожно выдохнув, я выбросил окурок, уже обжегший фалангу пальца и аккуратно, боясь издать хоть звук, выпрямился. Колени предательски хрустнули. Я напрягся – этот хруст показался мне столь оглушительным, что был слышен за много миль. Ступая на цыпочках, я подошел к углу здания и выглянул. Полиция все-так же четко двигались по прямой, не меняя скорость. Кажется, кто-то выделил мне еще немного времени.

Что интересно, я только сейчас понял, что заметь они меня – я и не помышлял о том, чтобы попытаться бежать.

Переваривая эту мысль, я вернулся к последнему письму, отбросив наносные притязания к стилистике.

«Я ни в чем не виноват. Меня опоили и подставили. Я ничего не помню. Я не мог убить человека.»

Даже не перечитывая я подтвердил рассылку. Подумав еще секунду, я нашел в интернете какой-то электронный адрес управления полиции и выслал этот текст им.