Паника

Проклятье, если бы я обнаружил в туалете труп именно того доктора, я бы не терзался всеми этими угрызениями совести.

После диагноза я прекрасно помню, как мама тайком плакала. Долго плакала. Где-то месяц я замечал ее покрасневшие глаза и темные круги под глазами. Отец тоже переживал, но, по-своему, так как умел – увеличив количество алкоголя до уровня, приемлемого чтобы смирится с тем фактом, что его наследник неизлечимо болен. Меня все жалели, а все та же миссис Льюис потратила не один час в пустых беседах со мной, убеждая меня в том, что я переживаю и это все – сильный удар по моей неокрепшей психике.

Вот только это было не так. Никто из окружающих не мог усвоить простую вещь – мне было все равно. Диабет, СПИД, диарея – все это лишь новые переменные в сложном уравнении жизни. Я относился к этому как к удалению аппендикса. Его больше нет, мне предстоит жить с этим. Точка.

С возрастом я начал понимать, что, возможно такое отношение стало попыткой бегства от реальности, защитным экраном.

А, возможно, я просто не хотел признаваться самому себе в том, что я, в каком-то смысле, испорченный образец человека, плюя на рекомендации врачей и игнорируя жизнеутверждающие статейки из разряда «как жить полноценной жизнью с диабетом». Возможно, я убедил себя, что здоров, надеясь, что моя искренняя вера в это, вместе с презрительным отношением к недугу, в итоге излечат меня.

Нет, конечно, я делал инъекции и, порой, даже не забывал проверять уровень глюкозы.

Но, все основные рекомендации я вольно или невольно игнорировал. Взять хотя бы сегодняшнее утро – омлет сигаретой вряд ли лучший выбор для диабетика.

Все-таки я хотел жить. И не за решеткой, иначе чем еще объяснить мой побег и прятки от полиции. И, если во мне есть тяга к жизни, то мне необходимо озадачится вопросом как раздобыть «Сахаптин», воду и еду.

После рассылки сбивчивых и нелепых писем, которые я написал, скорее для собственного успокоения, чем для достижения какого-то иного результата, я разобрал телефон и выбросил детали за забор, ограждающий строительную площадку.

С тоской посмотрев на шприц-ручку использованного «Сахаптина», я отправил ее следом. У меня остались деньги, аккуратно сложенные в портмоне и солнцезащитные очки. Не самый лучший набор для выживания в условиях побега.