Подвижники земли русской. Приенисейская Сибирь

В 1869—1871 годы первопроходцы евангельского движения приняли баптистское крещение по вере. Помог им в этом миссионер А. Унгер, являвшийся последователем континентального баптизма [Ковальков, Соколов, с. 61]. В 1870 году в результате петиции, направленной Бонекемпером российским властям, по приказу Новороссийского генерал-губернатора П. Е. Коцебу миссионеры Германского союза баптистов были высланы за пределы Российской империи. В 1874 году по подозрению в «совращении в ересь» православных Карл Бонекемпер был выслан в отдаленный приход Нейдорф Херсонской губернии.

В 1876 году он переехал в США [Бонекемпер (Bonekemper) Карл…].

Живое благочестие, живая вера – это было то, что стало ценным после Крымской войны и для аристократов, и для крестьян. О живом христианстве писал и православный подвижник Феофан Затворник (1815—1894) в «Начертании христианского вероучения». Поэтому малообразованные крестьяне, пережившие обновление своей веры в штундизме, готовы были разъезжать по другим селениям, чтобы донести радостную весть до всех остальных.

Забравшись на телегу на какой-нибудь ярмарке, Иван Рябошапка с криком «Нашел! Нашел!» проповедовал не только в своем уезде, но и за его пределами: «Свидетельствуя людям о Христе, Рябошапка весь преображался; его певучий голос проникал до глубины души, глаза светились радостью и будто бы говорили: „Неужели ты еще сомневаешься? Поверь Слову Божию, обратись ко Христу и будешь спасен“. Не случайно один из его современников, православный священник сказал однажды: „Что за чудодеи эти сектантские проповедники? Какой-нибудь портной или сапожник ходит со своим неизменным мешком за плечами и Новым Заветом в кармане и не столько работает, сколько проповедует.

Всякий разговор он сумеет свести на религиозную почву, обо всем, что не касается религии, он говорит неохотно, а как только дело коснулось религии, тут уж он неистощим. Он готов говорить с вами день и ночь, забывая и про сон, и про пищу. Он весь горит проповедническим огнем, он сам проникнут тем, что проповедует. Искренность его и доброжелательность к вам очевидны. Вы это чувствуете и невольно поддаетесь его влиянию, тем более, что твердое знание Священного Писания и глубокое религиозное воодушевление делает его речь плавной, стройной и весьма содержательной. Самое же главное то, что слово проповедника не расходится с делом“» [Ковальков, Соколов, с. 60].

Во второй половине XIX века к Гамбургскому исповеданию присоединились и кавказские штундисты.