Исторические правды Азербайджана. Ложь и фальсификация Армении

Гумилёв писал: «в XI веке на различных наречиях тюркского языка разговаривали все народы от лазоревых волн Мраморного моря и лесистых склонов Карпат до джунглей Бенгалии и Великой Китайской стены». И последнее. Задавались ли Вы вопросом почему армянство, невзирая на открытые предложения об изучении истории так называемого армянского геноцида, не согласно на версификацию располагаемых у обеих сторон исторических сведений? Что мешает открыть архивы, как и предлагает это сделать турецкое правительство, и сделать хранящиеся там материалы предметом научной дискуссии? И это не только предложение Турции.

Дать адекватную оценку происшедшим событиям, создав доступ к архивам, с этим ещё в мае 1985 года выступила группа из 69 ведущих американских учёных в ответ на попытки Конгресса США законодательно осудить так называемый геноцид армян. Учёные справедливо полагали, что «до тех пор, пока данные архивов не станут доступными, история Османской империи за период 1915-1922 гг. не может быть адекватно отражена». Несомненно, что при этом и армянам необходимо будет открыть доступ в Матенадаран – главное хранилище историко-архивных и других сведений. Именно Матенадаран, который недавно стал предметом в Национальной Академии Наук Армении в связи с заключением договора между этим хранилищем и Университетом штата Миннесота. Причина беспокойства армянских академиков едва ли не банальна. Оказывается, что американские учёные, получившие доступ к копиям древних рукописей, как принято в учёных кругах, станут открыто обсуждать содержание древних рукописей, упаси боже, если они передадут их во «вражеские руки». Стало быть, древние манускрипты должны рассматриваться… в призме национальной безопасности Армении, и потому пользоваться грифом «секретно». Не удивляйтесь, уважаемые читатели, изложенному выше. Всё это, наверное, могло бы занять достойное место среди армянских абсурдов, но поскольку речь идёт о Матенадаране с хранящимися здесь и присвоенными образцами азербайджанского и турецкого культурного наследия, то понять тревогу учёных-соседей вполне возможно. Тем более, что ссылки на подобные древние рукописи едва ли не главный аргумент в армянских исторических претензиях на чужие земли. В последнем случае, если ссылаются на то, чего нет в древних рукописях, либо утаивают то, что есть в них, то, действительно, матенадарановские рукописи становятся весьма опасными для фальсификаторов истории и присвоителей чужой интеллектуальной собственности.