Следы «Тигра». Фронтовые записки немецкого танкиста. 1944

Подбитому Т-34 удалось сделать один-единственный выстрел, прежде чем наш залп разорвал его на части.

Из дула его орудия вырвался сноп пламени – и в тот же самый момент в него впилось десять бронебойных снарядов, выпущенных одновременно из башенных орудий «Тигров» по внезапно ожившему противнику.

Мощное орудие в нашей башне тоже рявкнуло, при отдаче выбросив на полик башни звякнувшую гильзу.

В один и тот же миг произошло два события.

Во-первых, Т-34 разлетелся на части, когда в него вонзилось десять бронебойных снарядов, выпущенных практически в упор.

Два из них, как консервным ножом, вскрыли башню, и на долю секунды я увидел сидевшего в ней человека – башенного стрелка, – скорчившегося, когда защищавшая его до этого башня была разбита. В следующую секунду исчез и он, а башня, в которой он сидел, взлетела в воздух, словно сорванная крышка консервной банки. Это сдетонировал остававшийся в танке боезапас, и из открытого сверху корпуса высоко вверх вырвался столб пламени и дыма, поднявшийся над нашей колонной.

Вроде бы это было свидетельством нашего успеха – но в тот же самый момент я увидел, что шедший во главе нашего клина передовой танк внезапно дернулся, теряя несколько траков с правой гусеницы. Внезапно вся его правая гусеница сползла по опорным каткам назад, обнажая ленивец с механизмом натяжения, и, отброшенная инерцией, ударила по корпусу идущего следом танка. Подбитый «Тигр» накренился, погружаясь левыми опорными катками в землю, и замер на месте.

– Этот гад подбил шефа, – прозвучал в наушниках спокойный голос Хелмана. – Шеф теперь надолго здесь застрял, бедняга.

– Мне остановиться, герр полковник? – спросил я через ТПУ.[4 - ТПУ – танковое переговорное устройство.]

– Ни в коем случае, – ответил Хелман. – У нас приказ – сохранять строй.

«Шефом» мы за глаза звали нашего командира – генерал-майора, который командовал нашим полком с самого начала операции «Барбаросса».

Хелман, будучи его заместителем, теперь автоматически становился во главе всего полка.

Курт улыбнулся и подмигнул мне поверх разделявшего нас кожуха трансмиссии. Вести в бой батальон тяжелых танков всегда было заветной мечтой Хелмана – и вот теперь она осуществлялась.

Подбитый танк шефа по-прежнему стоял все на том же месте, где в него и попал русский снаряд, тогда как остальные «Тигры» огибали его, не замедляя хода и не ломая строя.