Жертва особого назначения

Он вылетел в Дубай рейсом из Франкфурта – в Германии он находился в состоянии «stand by» – боевой готовности. В Дубае сменил документы и вылетел в Карачи под именем Николаса Норта, британского подданного, инженера. В Карачи пересидел три дня, немного пообвыкся и, еще раз сменив документы, вылетел в Басру по документам на имя Хасана Талаля, родом из Хомса, гражданина Сирии. Басра была в статусе почти что свободного города. Это была иракская столица нефти, и такой режим, как в Багдаде, здесь устанавливать было нельзя.

Зная страну и город, он нанял машину с водителем-бедуином. Эти водители ездили очень хитро, возили запрещенные вещи и нужных людей. Потому что знали, где и когда на постах стоят их соплеменники. С этим боролись, но с тем же успехом можно было бороться с дурной погодой.

Последним в Багдад отправился Чема. Это было его сокращенное имя, настоящее – Хосе-Анхель – мало у кого было желание выговаривать. Он был латиноамериканцем, происходил из очень неприятной, полузабытой сейчас страны под названием Сальвадор.

В Сальвадоре в семидесятых и восьмидесятых шла долгая и страшная война с коммунизмом, причем стороны в выборе средств не стеснялись: обе, в том числе и правительство, применяли террор, сжигали непокорные деревни и убивали всех их жителей. В Сальвадоре большую роль в войне играли США, причем открыто – Сальвадор для США стал чем-то вроде латиноамериканского Афганистана тех дней, с той поправкой, что войну они все-таки выиграли. Сейчас вряд ли смогли бы, а тогда в их распоряжении были сотни парней, прошедших ад Вьетнама, готовивших горные племена на отдаленных базах в приграничье, выживавших в порочном и опасном Сайгоне. В Сан-Сальвадоре в восьмидесятых было не протолкнуться от оперативников ЦРУ, все равно что Танг Сон Нат[9 - Танг Сон Нат, аэродром и военная база США в Южном Вьетнаме, по значению сопоставимая с тем, что сейчас имеет Баграм. Это был небольшой город, и там был даже небольшой оружейный завод, который вьетнамцы сохранили и до сих пор гонят карабины «Кольт Коммандо» под обозначением М18. ]в миниатюре. А послом там был некий джентльмен со странной фамилией Негропонте. Да, да, тот самый Негропонте, дипломат, не стесняющийся в средствах, позже ставший одним из влиятельнейших неоконов и «царем разведки». Именно он, по старой памяти и старым связям, предложил привлекать к совсем уж грязным делам сальвадорцев, которые не были гражданами США и которые за двадцать лет поднаторели в пытках и издевательствах.