Василий Суриков – великий сын земли сибирской

Бахрушин Научные труды. Т. IV. М., 1959. С. 217–230.], Суриковы прибыли после 1679 года. Тогда киргизский князь Иреняк со своими новыми сеньорами – черными калмыками дважды осаждал Красноярский острог и сжег 16 деревень. После этого Москва увеличила гарнизоны Красноярска и Енисейска, разрешив воеводам поверстать в казаки около 200 казачьих детей, гулящих людей, крестьян и посадских. А вот казаки Торгашины, предки матери художника, появились значительно раньше Суриковых, еще в 1635 году в окладной книге Красноярского острога впервые был показан казак «Якунка Торгоша».

(Об этом см. ниже.)

Занятия и социальное положение служилых людей, как тогда называли казаков, были во многом противоречивыми. Они одновременно были и воинами, и приказными, и торговыми, и работными людьми. Красноярские служилые бились, не щадя жизни, с киргизскими воинами, монгольскими и калмыцкими цириками на стенах острога и несли в нем караульную службу; «тайгами» и степными «сакмами» (дорогами) ходили походами на «немирные землицы»; собирали ясак; по году маялись на гарнизонной службе в отдаленных острожках; часто бывали в дальних приграничных дозорах и караулах; участвовали, а иногда и возглавляли посольства на переговорах с киргизскими князцами и джунгарскими зайсанами; на городском торгу и по уездным заставам собирали таможенные пошлины с приезжих и местных торговых людей; продавали пошлинные товары и казенные «зделья»; в качестве приказчиков надзирали за пашенными крестьянами; отводили поселенцам пахотные и сенокосные угодья; сидели в воеводских избах «пищиками», счетчиками «товарной и денежной казны» и толмачами – переводчиками; были у «оценки пушной казны», на казенные нужды закупали различные припасы и «хлебный провиант»; отвозили деньги и пушнину в Москву; конвоировали ссыльных и ловили беглых.

Нередко казакам приходилось откладывать в сторону пищаль, копье, саблю и браться за топор, тесло или весло, чтобы обновить или заново срубить городские укрепления, навести мост, «изладить» дощаник, карбас или лодку, сплавить лес, соль, хлеб. Им же приходилось обслуживать казенные мельницы, кузницы, мастерские, винокурни, городские часы, проезжие ворота, «стеновую» артиллерию и выполнять другие всевозможные «службы». За все это шло не очень обильное «государево жалованье». В конце XVII – начале XVIII века пешему казаку в год полагалось 5 рублей денег, чуть больше полутора пудов соли и по 40 пудов ржи и овса. Конному казаку выдавали на 10–25 пудов хлеба и 2 рубля 50 копеек больше.