Главный тренер 2

Интересно решать большие задачи. А для этого нужен большой клуб. Спартак, ЦСКА. В Киев меня не позовут, а там хорошие возможности.

– Это хорошо. То хорошо, что ты видишь свою жизнь в футболе, а не в МВД. Тренер, а не динамовец. Если пригласим тебя в Спартак, какие твои условия?

– Если пригласите, значит, хотите результата. А для этого нужны, например, сборы. С такими полями, где можно тренироваться. Я вообще половину работы на сборах делаю. Во время сезона игры, подготовка к ним, восстановление. Мало времени для планомерной работы.

Да и менять игру по ходу сезона – это значит этим сезоном пожертвовать. Потом, дисциплина, режим. Кто курит и выпивает, они могут играть в медленный футбол. Они говорят, что у них есть другие достоинства. Мне они не нужны, лучше молодых набрать. Ну и так их выгнать, чтобы другим был урок. С треском.

Ну и там много чего ещё – по медицинской группе, по питанию, по базе.

– Насчёт сборов я предполагал. И после ваших кубков есть шанс их организовать, убедить начальство.

Всё остальное – рабочие моменты. А себе что хочешь?

– Даже не знаю… Квартира есть, семьи нет, машина не очень нужна. Может, дача? С участком земли. Это ведь то, что можно, да?

– Ха-ха. А ты не дурак. Я уж надеялся, что скажете, ничего не надо.

– Ну да. А вы меня снимете, и я ни с чем останусь.

– Хорошо, поищем в районе Тарасовки, чтобы близко было до работы.

Некоторое время мы едим, и я понимаю, что разговор в основном окончен. Старостин как будто услышал мои мысли:

– О деле поговорили, но мы ведь можем и просто посидеть, да? Если я и вправду тебе интересен.

– Знаете, я бы спросил, но понравится ли вам?

– Спрашивай.

– Вот вас посадили. Вроде, вы кого-то от мобилизации укрывали, или типа того. Точно не знаю. А на самом деле за что? Это было совсем несправедливо, или, отчасти, что-то и было за вами?

Старостин совершенно не смутился, но задумался.

– Было тогда такое понятие, «броня». Она у многих была. Рабочие на заводах, партийные деятели, начальство.

Разумеется, твоё МВД, здоровенные лбы. Вот вспоминают, как Динамо в Англию ездило в 1945. А почему они? Да потому, что не воевали, в тылу просидели. А наши… Многие погибли. Была броня и для артистов, писателей, спортсменов. Но правила были размытые – поди определи, кто выдающийся, а кто нет. Вот это нам с братом и шили – простых спортсменов, мол, за выдающихся выдавали. Ну, ещё… Тогда многие стучали. Были доносы, что мы, мол, немцев восхваляем, в победе сомневаемся.