Истинные приключения французских мушкетеров в Речи Посполитой

Однако, как было сказано выше, ко времени описания нынешних событий мушкетеры военного дома короля Франции, каково было их официальное название, стали историей, славными страницами которой были Ла-Рошель, Аррас, Дюнкерк и многие другие битвы (если бы д’Артаньяну тогда сказали, что через какой-то десяток лет ему доверят командование возрожденной ротой королевских мушкетеров, он счел бы этой дурной шуткой).

В 1630 году юный Шарль, которому тогда едва исполнилось 17 лет, отправился в Париж. В столице к тому времени на воинской службе уже находились два его старших брата.

Как и большинство гасконских дворян он поступил сперва в одну из гвардейских рот, а затем, через несколько лет, благодаря проявленным сноровке и отваге, а также, что было вовсе не лишним, имевшимся у него рекомендациям, – в роту королевских мушкетеров.

Сейчас, по прошествии почти двадцати лет, он с умилением и ностальгической грустью вспоминал свои первые годы в Париже. В ту пору его шпага редко подолгу оставалась в ножнах.

Он был готов драться с кем угодно и по какому угодно поводу.

Впрочем, этим он мало чем отличался от своих товарищей. Несмотря на то, что дуэли во Франции официально были запрещены, они случались практически каждый день. Особенно частыми были поединки между королевскими мушкетерами и гвардейцами кардинала (на троне в то время еще находился Людовик XIII, а первым министром Франции был кардинал Ришелье) – как индивидуальные, так и с участием целых групп. Причем, как Его Величество, так и Его Преосвященство приходили в истинный восторг, узнавав о победе своих любимцев в очередной стычке.

Если же после шумной пирушки в трактире мушкетерам не встречались их извечные враги гвардейцы, они искали себе другие развлечения, одним из которых было срывание шляп и плащей с прохожих. Все это страшно веселило молодых повес.

Д’Артаньян до сих пор помнил свой первый поединок. Он и три его земляка, в отличие от него уже носили мушкетерские плащи, поздно вечером возвращались из кабачка, когда на них напали пятеро гвардейцев.

Теперь он понимал, что это не была случайная встреча – все было заранее спланировано, скорее всего, за ними следили еще от самого питейного заведения или даже в нем самом. Все указывало именно на это, так как их атаковали из-за угла. В первые же мгновения один из мушкетеров был убит, а второй ранен.

Д’Артаньян оказался тогда лицом к лицу с гвардейцем, которого запомнил навсегда.