А. В. Жвалевский. Сборник

Игрушки по-прежнему мастерили вручную или в небольших мастерских.

А в общем – год как год.

И никто в России не догадывался, что наступает не просто 1913 год, а последний спокойный год в жизни империи…

Прошёл год, но дети ничего не забыли. Просто непонятно, почему взрослые считают, что дети так быстро всё забывают.

Нет, они забывают, конечно, всякую ерунду – как держать вилку или вернуться домой до темноты, – но важные вещи они помнят очень крепко.

Ещё за две недели до Рождества племянница Таня, дочь сестры Веры, отловила дядю Серёжу, который пришёл в гости, затащила его в угол и спросила:

– Ты про куклу не забыл?

– Куклу? – удивился дядя Серёжа.

Что ещё раз доказывает: это взрослые всё забывают, а на детей сваливают. Таня терпеливо вздохнула:

– Ну куклу. Ты в прошлом году обещал. Большая, с меня ростом. Глаза закрываются, руки-ноги гнутся. И обязательно с сиреневыми волосами.

– А-а-а, припоминаю. Только волосы, кажется, малиновые?

– Это в прошлом году малиновые были, а теперь мне нужны сиреневые.

Я же выросла, понимаешь?

Дядя Серёжа понимал.

– Это я тебя проверял, – сказал он. – А так я всё помню.

Таня недоверчиво скривила губки.

– Ничего ты не помнишь, – заявила она. – Я тебе на бумажке запишу.

И она тут же, не сходя с места, написала на бумажке, которую вытребовала у дяди Серёжи: «Д?вочка съ сиреневыми волосами!»

Судя по всему, Таня не стала делать секрета из разговора с дядей. Очень скоро все племянники – кто печатными буквами, а кто и каллиграфическим гимназическим почерком – написали заказы и вручили их Сергею Ивановичу.

Однажды вечером он разложил их на столе и принялся изучать.

– «Коник, на котором можно качаться»… Это легко… «Солдатики-гренадеры, как у Никитки»… Что за Никитка? Соседский, что ли? Ладно, разберёмся…

Подошла Маша, обняла его за шею и поцеловала в макушку. Муж только потёрся щекой и продолжил ревизию.

– Маш, – сказал он, – ты не видела нигде большую куклу, аршина полтора, и чтобы волосы сиреневые?

– А такие бывают?

– Конечно! – Сергей Иванович взял записочку в руки, помял её… и вдруг кукла стала перед ним, как настоящая!

И снова, как перед прошлым Рождеством, у Сергея Ивановича случилось видение.

Танина мечта возникла перед ним во всех деталях: её румяные щёчки, нестерпимо синие глаза-пуговички, бантик рта, сиреневая копна волос и какое-то умопомрачительное платье.