А. В. Жвалевский. Сборник

– К каким близнецам? – не понял Сергей Иванович. – У меня нет никаких знакомых близнецов.

– Зато незнакомые есть. Ты в сквере одного по голове погладил, а он и себе, и брату нажелал. Ну что, – двойняшки повернулись к первому птёрку, – как угощение?

– Нормально, – ответил тот, – только в ту бутылку не лезьте, потравитесь.

– Ух ты! – обрадовались два птёрка и тут же полезли в бутылку.

К концу застолья компания заметно увеличилась. Сергею Ивановичу предъявили не шесть и не восемь, а целых десять разноцветных звёздочек.

Семь из них притащили птёрки, а три – охли.

Маша, наученная опытом и ворчанием первого птёрка, встречала каждого гостя правильно: охами и ахами по поводу принесённых звёздочек. Попутно она выяснила, что птёрки носят подарки мальчикам, а охли – девочкам, хотя это неважно, можно и поменяться. А в промежутках Маше приходилось спасать птёрков, которые все как один норовили искупаться в кагоре.

Сергей Иванович сидел улыбался в бороду и вёл степенную беседу с первым птёрком.

Тот чувствовал себя главным и покрикивал на остальных. Остальные не обижались, но и не слушались, развлекались кто как мог. Например, хозяйственные охли стали убирать со стола. Правда, они норовили убрать в первую очередь те тарелки, из которых ещё ели хозяева, так что Маше пришлось придумать для охлей другое занятие – протирать вымытые чашки. Охли втроём навалились на одну чашку, не поделили её, грохнули об пол, разбили, пытаясь подмести осколки, запутались в венике…

– Стоп-стоп-стоп! – сказала Маша, и гости испуганно замерли.

 – Не надо мне больше помогать! Я сама справлюсь.

– А вы и подарки так доставляете, – осведомился Сергей Иванович, – с таким кавардаком?

– Не-е-е, – сказал кто-то из птёрков, – там мы на работе. А тут, у своих, и отдохнуть можно.

– Кстати, – заявил Главный Птёрк, – отдохнули? Пора и хозяевам отдохнуть дать! Счастливо отпраздновать!

На сей раз его почему-то послушались, да так быстро, что Сергей Иванович с женой и моргнуть не успели.

Только что по дому носился десяток неугомонных коротышек – ан и нет никого.

– Хорошие они, – сказала Маша, утыкаясь в мужа, – только буйные. Теперь убирать за ними придётся до утра.

– Убирать? – в голосе Сергея Ивановича послышалось лукавство. – А что убирать-то?

Маша обвела комнату удивлённым взглядом. Птёрки и охли исчезли в один миг, но и его хватило, чтобы привести комнату в идеальное состояние.