Гардемарины

Наличие на груди его кителя нескольких колодок боевых орденов бордового цвета вызывали только уважение к нему. Курсанты знали, что он вроде воевал на надводных кораблях Балтийского флота. Тонул, горел, взрывался на минах, но заставить его рассказать о пережитом было нереально. Не реагировал он на просьбы что-то рассказать о своей службе.

Крейсер «Октябрьская революция» приближался к Кронштадту.

Мимо бортов исчезали в туманной дымке многочисленные острова, известные из истории борьбы за Балтийское море Петра Великого и Великой Отечественной войны.

Каждый из этих островов, Алексей знал из истории военно-морского искусства, обильно полит русской кровью. О высаженных и погибших на этих островах десантах преподаватели рассказывали очень мало. Алексей писал реферат на кафедре ИВМИ по Таллинскому прорыву.

– Здесь погиб весь десант! – внезапно сказал курсантам, колдующим у пеленгаторов на остров Соммерс, капитан 1-го ранга «Изыдь» и снял фуражку, – и здесь же погибли более десятка наших кораблей во время высадки десанта.

Он тяжело вздохнул и в его глазах показалась слеза.

– Многих из погибших командиров знал я лично так же, как и десантников. В основном морпехи были наши бывшие корабельные ребята, потерявшие на таллинском прорыве свои корабли. Собрали полк из матросов и офицеров, назвали 1-ым полком моряков-лыжников. Возглавил его полковник Маргелов, потом он возглавлял воздушно-десантные войска. А тогда первой операцией их стал Шлиссельбургский десант. Жуков дал команду прорвать блокаду еще в сорок первом.

И, естественно, прорывать должен у Шлиссельбурга полк Маргелова. Были какие-то несогласования с сухопутчиками и больше половины полка полегло тогда еще при высадке, а потом еще и на суше им досталось. Десантники с трудом вытащили раненого «Дядю Васю». Так они его называли между собой. Как вы меня называете «Изыдем». А потом его судили и хотели расстрелять и лишь ранение послужило для него оправданием.

Он улыбнулся.

– Я не против, но для вас я прежде всего капитан 1-го ранга.

Поняли, буквари?

Курсанты понимающе опустили глаза.

«Изыдь» опять снял фуражку, подставляя ветру свои редкие волосы на голове. А курсанты вслед за ним сняли свои синие покрашенные береты, переделанные из белых чехлов бескозырок. Все смотрели бездумно на темно-синие волны, ничего не говорившие им об этих десантах, и представляли себе таких же парней, как они, пытающихся взять штурмом с воды, ощетинившиеся пулеметами и орудиями острова.