Островский в Берендеевке

Островский в Берендеевке

Виктор Николаевич Бочков

Костромское село Щелыково значит для отечественной драматургии не меньше, чем псковское Михайловское для русской поэзии. Здесь, в заповедной стороне, Александр Николаевич Островский работал над половиной из полусотни своих пьес, среди которых «Бесприданница», «Последняя жертва», «Воспитанница», «Дикарка», «Светит да не греет»… В сказочной тиши этих мест явилось и неожиданное чудо – «Снегурочка». В основу книги костромского историка, краеведа последней четверти XX века Виктора Бочкова, наделенного даром увлекательного рассказчика и глубокого исследователя, положены малоизвестные архивные источники, а также расспросы потомков великого драматурга.

Виктор Бочков

Островский в Берендеевке

© Бочков В. Н., 2013

© ООО «ООО ТД Алгоритм», 2013

* * *

Полна чудес Ярилина поляна

Есть еще, уцелели у нас, в России, вопреки всем вихрям времени, и вправду сказочные места.

И одно из самых загадочных – костромское Щелыково за Волгой, в окружении темных, «сусанинских» лесов, прохладных вод петляющих речушек, крутых оврагов, косогоров, цветущих ковров разнотравья. А знаменито оно тем, что тут, в своей усадьбе, жил с семьей – женой Марьей Васильевной и четырьмя детьми – великий русский драматург Александр Николаевич Островский. Здесь написал он половину своих пьес, в том числе «Лес», «Волки и овцы», «Бесприданницу», «Дикарку», и чудо из чудес – «Снегурочку».

Однажды, в первый свой приезд, когда имение еще принадлежало отцу и мачехе А. Н. Островского, плененный дивной природой писатель услышал от местного мужика про лесную долину со Святым ключиком, о некогда явленной там иконе и старичке-монахе, срубившем на поляне часовенку-келью, в которой жил отшельником…

Тогда, в мае 1848 года, двадцатипятилетний Островский оставит взволнованную запись, еще не предполагая, во что потом выльется эта встреча с зачарованной стороной: «Первое и самое сильное чувство, которое производят на меня эти красоты природы, для меня болезненно, мне тяжело, мне надобно облегчить свою грудь, надобно поделиться с кем-нибудь этими неотступными впечатлениями, которые лезут в душу со всех сторон».