Тайна убийства Столыпина

Это министр земледелия и статс-секретарь Кривошеин. К сожалению, государь остановился на Коковцове…

Журналист вернулся к вопросу, ради которого пришел к бывшему генералу.

– Выходит, все же были силы, заинтересованные в устранении Столыпина?

– У Столыпина соперника не было, но так как он вел себя чересчур самостоятельно, а порой и вызывающе, он потерял поддержку государя. Всем при дворе было известно, что дни премьерства Столыпина сочтены. Зачем же было устранять его физически? Петр Аркадьевич не раз говорил приближенным и лично мне, что, вполне возможно, осенью останется не у дел и уйдет в отставку.

Я хорошо помню его слова…

– Но ведь государь мог и передумать. Так однажды и случилось, когда Столыпин нажимом добился от него поддержки в вопросе введения земства в западных губерниях.

– На сей раз все было иначе, – возразил Курлов. – Прямолинейный и твердый политик уже не был нужен двору. За спиной Столыпина плелись интриги.

– Разве не интриги привели к заговору с целью устранения Столыпина?

– Я же говорю вам, что гибель Столыпина никак не связана с каким-то заговором.

Произошла она совершенно случайно…

Журналист решил, что продолжать спор нет смысла и лучше отложить разговор на следующую встречу, на которую надеялся. Покидая холодную квартиру, он дал совет:

– Знаете, Павел Григорьевич, вам просто необходимо записать свои воспоминания. Вам есть что рассказать читателю. Кстати, такие мемуары нужны и нашей истории.

Курлов усмехнулся:

– У каждого свое ремесло.

Я считаю, что надо заниматься своим делом и не лезть в чужое. Какой из меня мемуарист? Помните, что писал батюшка Крылов о сапожниках и пирожниках? Тачать сапоги отнюдь не моя профессия!

– Нет-нет, вы не правы. В таких мемуарах главное не красота и изящество слога, а правда мысли. Если вы пожелаете, я помогу вам. Соглашайтесь! Одна эпоха сменяет другую, а воспоминания современников, повествующих о них, остаются навсегда.

– Я подумаю над вашим предложением, – неожиданно пообещал Курлов.

 – Вы мне подали неплохую идею.

Они попрощались, решив встретиться еще раз. Несомненно, каждый из них сделал для себя какие-то выводы.

«Старик хитер. Он, конечно, знает многое, но прячет свою тайну в последнем ящике комода», – подумал, уходя, журналист.

«С этим писакой надо держать ухо востро, – решил старый генерал, – иначе не оберешься хлопот. Вряд ли он сказал правду, зачем приходил. Вынюхивал, втирался в доверие.