Тайна убийства Столыпина

Он выступал против предложения Витте еще и потому, что чуял, а вполне возможно, что и знал: дни Сергея Юльевича в правительстве сочтены. Слухи при дворе часто предшествовали событиям, а слухи о том, что государь недоволен Витте, становились все более упорными.

Горемыкин возглавил правительство накануне созыва Первой Государственной думы. В его правительство вошло много лиц, известных как крайние реакционеры и поклонники полицейского режима. Стало ясно, что и дни Думы сочтены.

– Стоит ли распускать Думу? – спрашивал Столыпин премьера.

 – Ведь никаких событий пока не предвидится?

– Вы же сами докладываете мне, что, по полицейской информации, большинство наших граждан как бы сошли с ума, – отвечал Горемыкин. – А когда произойдут эти события, Петр Аркадьевич, будет поздно.

В другой раз Горемыкин пригласил Столыпина к себе:

– Надо прозондировать почву: не случится ли революция, если мы разгоним Думу?

Столыпин опрашивал местных начальников: не произойдет ли от этого общего смятения? Больше всего Петр Аркадьевич опасался волнений в Москве.

Он звонил московскому градоначальнику Рейнботу, задавая все тот же стереотипный вопрос.

– Не знаю… – не успокаивал тот министра.

Горемыкин откровенничал:

– Кадеты распускают слухи по этому предмету весьма различные. Эти слухи меня смущают.

Правительство смущала Москва, где недавно произошло вооруженное восстание. Из памяти еще не выветрился декабрь 1905 года, пылающая, как костер, Пресня. Власти колебались.

А тут, так некстати, в московского генерал-губернатора адмирала Дубасова революционеры швырнули бомбу.

Не все было спокойно в империи, случались анархические выступления. Граф Витте сравнивал годы своего правления с деятельностью правительства Горемыкина:

– Замечательно, что в мое время, в течение полугода, даже в революционной обстановке, которую мы переживали, не было таких резких анархических выступлений и смут, какие явились после того, как вступило правительство Горемыкина и стало предпринимать явно реакционные меры.

Правительство находилось в растерянности.

Выход из создавшегося положения пытался найти генерал Трепов, тот самый всесильный диктатор, который имел влияние на государя. Трепов разговаривал с лидером кадетов Милюковым и склонялся к мысли, что надо разрешить Милюкову сформировать кадетское правительство.

Столыпин этой идее не сочувствовал. Он уговаривал царя не соглашаться с предложением Трепова.