Мифы и реалии пушкиноведения. Избранные работы

В пушкинское время пустынной могла называться любая малолюдная местность и даже деревенская жизнь. Так, в «Дубровском» Владимир находит письма матери к отцу, в которых она описывает мужу «свою пустынную жизнь» в Кистеневке; деревня названа «пустынным уголком» и в одноименном стихотворении. Так что «печальной пустыней» вполне могло быть осеннее Приютино, имение Олениных под Петербургом: «Барский дом стоял здесь над самой рекой и прудом, окаймленными дремучими лесами»[22 - Устимович П. М. (см.: «Русская старина».

Т. LXVII. Август. 1890. С. 392).]. Н. И. Гнедич, близко знакомый с Пушкиным, воспевая Приютино и его окрестности в проникновенных стихах, посвященных хозяйке имения Е. М. Олениной, писал:

Уединение для сердца не пустыня:

Мечтами населит оно и дикий бор;

И в дебрях сводит с ним фантазия-богиня

Свиданья тайные и тайный разговор.

Пустыня не предел для мысли окрыленной:

Здесь я невидимый все вижу над землей…[23 - Гнедич Н. Стихотворения. Поэмы. М., 1984. С.

91–95. Курсив наш.]

Стихи эти наверняка были известны Пушкину. Характерно и то, что общий тон дневниковых записей Олениной, относящихся ко времени пребывания в Приютино, минорный. Например, 7 июля 1828 года она записывает: «…мне было очень грустно…», а 19 сентября того же года выносит в качестве эпиграфа:

«Что Анета, что с тобой?» – все один ответ:

«Я грущу, но слез уж нет», —

а чуть далее записывает следующую фразу: «Но грустный оставим разговор»[24 - А. С. Пушкин в воспоминаниях современников.

Т. 2. С. 67, 72.].

Так что у Пушкина имелись основания, вспоминая об Олениной осенью 1828 года, написать: «Твоя печальная пустыня». Другой стих «Посвящения»: «Последний звук твоих речей», – подразумевал, возможно, прощание с Олениной в Приюти-не 5 сентября 1828 года, описанное в ее дневнике. Вот что она записала: «Прощаясь, Пушкин сказал, что он должен уехать в свое имение, если, впрочем, у него хватит духу, – прибавил он с чувством»[25 - А. С. Пушкин в воспоминаниях современников.

Т. 2. С. 74.]. Вяземский в письме к своему другу 18 сентября 1828 года писал: «Ты говоришь, что бесприютен: разве уж тебя не пускают в Приютино?»[26 - Переписка А. С. Пушкина: В 2 т. Т. 1. С. 267.] Действительно, общение с Олениными к этому времени прервалось. Но Приютино, «смиренная обитель» (Гнедич), прибежище людей искусства, многие из которых были близки Пушкину, не могло не вызывать у него благодарных воспоминаний.