Тени дня

И лишь единицы знали, что слово этого человека решало в Москве если не всё, то очень многое, для теневого мира столицы.

Лавр Феоктистович Липницкий, официально занимал место директора – распорядителя Волжско-Камского коммерческого банка, что само по себе было очень даже недурно. Но кроме этого он был главным связующим звеном между уголовным миром Европы и России, а также был в курсе всех подводных течений высшего света. Ну и последнее по списку, но не по значению, Лавр Липницкий держал в своём банке состояния почти всех крупнейших банд и криминальных сообществ России, отмывая для них кровавые деньги и вкладывая в легальные предприятия.

Нет, никто не называл почтеннейшего Лавра Феоктистовича, почтенного главу семейства, и почётного члена общества пчеловодов Москвы – смотрящим столицы. Но по факту, он именно таковым и являлся, замыкая на себе многие нити различных тайных дел Москвы. И именно через него, в воровское Общество поступали распоряжения, подписанные монограммой из четырёх скрещённых пистолетов.

Кто скрывался за этими приказами, никто не знал, но ослушаться их, было смертельной ошибкой.

Внимательно выслушав своего визави, Лавр Липницкий задумался, глядя куда-то вдаль, а Калита, знавший за «Папой» эту привычку, сидел молча и даже замер, чтобы не потревожить размышления хозяина.

– Так говоришь, ни полицейские чины, ни тайники ничего не сказали? – Задумчиво произнёс Лавр фокусируя взгляд на Евно. – А ведь это плохой знак, Азефушка. Ну очень плохой. Смотри что получается.

Пономарь зацепил этого князька, пятнадцать дней назад. Пятого октября. А через неделю, он уже стоял на краю Бородинского моста, чтобы свести счёты с жизнью. Тело кстати нашли?

– Нашли Лавр Феоктистович. – Калита кивнул. – Он это. Никаких сомнений.

– Вот. – Папа, поднял указующий перст. – А за князем числился должок в сумму… – Сколько там проиграл этот деятель?

– Да почитай почти всё и проиграл. – Калита вздохнул. – Со всеми деньгами и расписками полста миллионов рублей.

– И сразу же появляется некто, вычищающий Пономаря до самого донышка, так что тот предпочёл сам бросится в реку, не дожидаясь наших расспросов.

И на что это похоже? – Лавр повернулся к собеседнику. – А похоже это на то, что нам просто и без затей указали наше место.

– У параши… – Буркнул вор.

– Не у параши, но где-то рядом. – Лавр Феоктистович негромко рассмеялся, и снял с полноватого лица очки в простой серебряной оправе и сложив дужки, убрал в нагрудный карман.