Тени дня

– Вижу семейство заслуженное, и делом доказавшее преданность России. Сами доблестно служили и сына вырастили на совесть. И сегодня вам честь особая. Станьте же от меня по правую руку среди лучших людей империи, чтобы все видели вас.

С улыбками и кивками, приветствуя как равного, главы коллегий и ведомств расступились, давая место боярину и боярыне, а Николая как-то очень ловко подвинули, и он оказался в шаге от царевича и царевны.

– Да, вот пистолетов мне ещё не дарили… – Негромко произнесла Любава, едва шевеля губами.

– Могу ещё презентовать кобуру для скрытого ношения, и отдельный чемоданчик для хранения. – Так же негромко произнёс Николай.

– А мне? – Тихо возмутился Константин.

– И вам царевич. – Николай усмехнулся. – Но для этого лучше проехать в мой магазин, чтобы выбрать и подогнать кобуру, а идеально вообще снять мерки и заказать нашему мастеру.

– Это в какой-такой ваш магазин? – Спросила Любава не оборачиваясь.

– А ты не знаешь, что боярич у нас можно сказать оружейный магнат. – Константин хмыкнул. Два оружейных магазина, фабрика на паях, и сталелитейный завод. Причём магазины лучшие по Москве, а в партнёрах именитые оружейники Дегтярёв и Коровин. Это кстати их работа?

– Что-то их, что-то работы мастеров ювелирного дома Овчинникова, а что-то сделали мастера фабрики Павла Буре.

 – Ответил Николай. – На самом деле подарок сей, готовился к дню тезоименитства святого покровителя царской семьи, но я решил, что именно сегодня он будет весьма кстати.

Оставшиеся в очереди дарители промелькнули быстро, словно страницы неинтересной книги, и когда ушёл последний, всё царское семейство, и ближники, последовали на пир, где для них были поставлены столы в самом центре зала.

Но на этот раз Николая посадили далеко от детей царя, в самом конце стола.

А когда царь ушёл, через полчаса слуги, без лишней суеты стали звать гостей от общего стола, приглашая в личные покои семьи, где начинался совсем маленький и очень семейный праздник.