Тени дня

Конечно можно было и не платить, но тогда на всём роду легло бы несмываемое пятно позора, что в свою очередь ставило жирный крест на карьере её внуков и правнуков. А род Бельских, после смерти Сергея Дмитриевича, служившего до отставки губернатором Калужской губернии, начал быстро терять влияние при дворе и скатываться в ничтожество.

И всё бы кончилось натуральной катастрофой, но нужные люди шепнули к кому можно обратиться, и вот уже довольно известный в Свете, боярич Белоусов, дал своё слово, что разберётся со всеми проблемами.

Да, репутация у Белоусова – младшего была довольно мрачной, не уступая, а где-то и превосходя молву, окружавшую его батюшку. И даже не важно сколько там покойников ему приписывают. В конце концов за любым командиром полка кладбище куда как больше. Но вот его прямое участие в низвержении брата императора, это было очень, очень серьёзно. Это означало что боярич вхож в самый высший свет Империи, что косвенно подтверждалось интересом к нему дочери императора – цесаревны Любавы, и покровительством самого князя Голицына, который уже второй десяток лет управлял финансами огромной империи.

Ну и последнее по списку, но не по значению, награды от Североамериканских штатов и Ниххонской империи, что явно говорило об участии боярича в делах международных, а это тоже высший класс. Таким образом боярич, несмотря на крайнюю молодость имел в свете заслуженную репутацию человека уважаемого, со связями в самых верхних этажах Общества, и даже несмотря на некоторое манкирование правилами света, человека безусловно светского, и в высшей степени обличённого сословной честью.

Так что было ещё непонятно, что именно потребует боярич за свою помощь, но Людмила Игоревна Бельская точно знала, что хуже не будет. В конце концов молодой Белоусов – дворянин, а значит ей не придётся идти против законов чести, отрабатывая сей долг. Что характерно, мысль о поступках противоправных её никак не взволновала.

До суда ещё дожить нужно, а вот презрение света – достанет даже в самой глуши.

– Здеся матушка! – Заполошно вбежавшая в малую гостиную пожилая, широколицая, по-деревенски крепко сбитая служанка в сером платье и белом переднике, быстро поклонилась и выпрямилась, преданно глядя на хозяйку широко раскрытыми глазами. – Како вы и сказывали, токма явится господин Белоусов, и значит я сразу же вас кликать…

– Спасибо Анфиса.