Живите и помните!

Мою машину они не могли не видеть, но ничего не сделали, не попытались, ради смеха, садануть очередью. Значит, у них впереди какое-то дело, и дело безотлагательное.

Я вернулся к машине, настроил связь.

– Койот-четыре, Рейвен на связи, идентификация – белое поле…

Именно здесь я стал впервые использовать позывной «Рейвен», просто переведя свою фамилию на английский язык.

– Рейвен, Койот-четыре на приеме.

– Койот-четыре, два шитхука, две громовые птички[5 - Шитхук – транспортный вертолет, средний или тяжелый.

Громовая птичка – штурмовик, самолет или вертолет.] прошли направлением на тебя, прием.

– Рейвен, два шитхука, две громовые птицы – принял.

– Койот-четыре, на вашем месте я бы воспринял это всерьез, эти ублюдки выглядели более чем серьезно.

– Рейвен, принято.

В голосе плохо скрываемое раздражение – так и не въехали. Их дело.

– Койот-четыре, прямого контакта с противником нет.

– Рейвен, вас понял. Конец связи.

Постоял, посмотрел на поднимающиеся на севере дымы. Решил, если у кого ума нет, то не мне его вкладывать…

Дальше продвинуться удалось немного.

Мост у Кингстона был взорван, транспорта на дороге полно, горящая техника – тоже имеется. Но самое главное – я увидел трехосные бронетранспортеры с пушками и понял, что это – британцы. И пора сматываться…

Не вышло.

Развернул машину и драпанул что есть мочи, прикинул – хватит ли мне топлива вернуться в Нью-Йорк. Должно хватить, дизель – он жрет мало, даже если по бездорожью едешь, а потом разберемся что к чему.

Только это подумал – снова пришлось спасаться в кукурузе. На сей раз «Вестминстеров» было несколько и без прикрытия ударных вертолетов. Это могло означать лишь то, что британцы завоевали господство в воздухе и вертолетов противника не боятся. Не правильно – а что бы им и не завоевать, если у противника самые боеспособные подразделения находятся в других странах, намного южнее. Это у нас – в локальных конфликтах основную тяжесть операции выносят на себе казаки, а профессионалы, если и задействуются, то на самом начальном этапе.

Когда я покидал Персию – вывод спецвойск уже начинался, усиливалась морская компонента – флотский спецназ, действующий с авианосцев и десантных кораблей, и казаки. А тут…

И граница ни хрена не прикрыта.

Можно было бы, конечно, объехать, но… совесть, что ли, грызла? Сломал забор, заехал на своем «Форде» прямиком в кукурузу. Автомат, пистолет – все при мне, разгрузку надел, все, что нужное, разложил, двинулся.