Живите и помните!

Полковник Даррелл Вулби погибнет ровно через десять дней – рейдовая группа британской САС наткнется на замаскированный командный пункт в развалинах многоэтажной автостоянки. Его так там и похоронят – вместе с остальными, потому что иначе было нельзя. Командование остатками полка и сектором обороны придется принять мне.

Настоящее…

Ночь на 11 июля 2012 года

Нью-Йорк

– Какого черта ты тут делаешь, сукин ты сын?

Грей набычился – типично по-британски.

– Могу спросить то же самое у тебя.

Я-то воюю со своими, мне можно, а вот ты с кем?

– Я с врагами.

– Вот как?

– Эй, парни, вы что, знакомы? – с любопытством спросил полковник Уилкинс.

– Да, сэр, – ответил Грей, – я знаю этого русского засранца, хотя лучше бы не знать. Хотя он в свое время спас мою задницу.

– Тот факт, что меня контузило, не помешает мне набить тебе морду.

Полковник хлопнул в ладоши.

– Все, джентльмены. Думаю, вам есть о чем поговорить. Двадцать минут, не больше. Потом надо будет уходить отсюда.

Мы отошли в сторону, сели на снарядный ящик – точнее, не снарядный, а из-под винтовок. Крепко, до хруста костей обнялись.

– Ты какого хрена меня не нашел? А?

– Пожить еще хотелось. А рядом с тобой – жить можно, только недолго.

– Да брось. Ты где сейчас?

– Сейчас? Здесь.

– А до этого?

– До того, как началось? Копом.

– Копом? – заинтересовался я.

– Точно. Оформили документы… ты же помнишь, что было.

– Помню. Спросили: чем я хочу заниматься. На выбор – парикмахерская, лавка и какая-то хрень с ремонтом машин.

Я спросил – нельзя ли копом? Они в голове почесали, сказал – вперед.

– А где ты был копом?

– Водная полиция. Здесь.

– Черт, ты же ненавидишь водоплавающих.

– Решил равняться на тебя. А ты что тут делаешь?

– Ищу кое-кого, – ушел от прямого ответа я.

– Могу помочь?

Я внимательно посмотрел на своего старого друга.

– Вот так – сразу?

– А что. Мне все равно сейчас деваться некуда. Я тут сталкером, знаешь, что это такое?

– Свой среди чужих?

– Точно.

Я знаю, как вести себя, чтобы быть англичанином. Что говорить, как двигаться. Что будут делать они. Черт, я и есть англичанин.

Я пожалел Грея. Врагу не пожелаешь.

– Зачем тебе это? Они же…

– Про Родину навернуть хочешь?

– Про нее самую.

– Помнишь, что ты говорил тогда, на авианосце.

– Да брось.

– Да не брошу, – Грей внимательно посмотрел на меня, – знаешь, констебль Кросс. Ты четыре года прожил среди нас.