Однажды ночью в августе

От искусных пируэтов танцора невозможно было оторвать глаз. И хотя зейбекико, по сути, выражает душевную боль, Манолис, скорее, просто хвастался перед зрителями своим умением красиво двигаться.

Андреас же большую часть вечера провел в разговорах с родными и близкими, благодаря их за то, что пришли, и за то, какие подарки они приготовили для его дочери. Время от времени он искал глазами жену и замечал, что та улыбается. Впервые за год без малого Андреас видел Анну счастливой и расслабленной. «Наконец-то, – мелькнуло у него в голове, – она становится прежней».

Как только зазвучала новая мелодия, Анна присоединилась к танцующим, и Андреас потерял ее из виду. Иногда в толпе мелькало ее малиновое платье. Наконец, подчиняясь танцевальному ритму, женщина оказалась почти напротив своего супруга, и он смог разглядеть ее лицо. На нем по-прежнему сияла улыбка, а сама Анна, казалось, была полностью захвачена танцем.

* * *

Чтобы прийти в себя после столь роскошного празднества, или гленди, гостям потребовалось несколько дней.

Приближалась осень, и работы в поместье становилось с каждым днем все больше, однако люди никак не могли настроиться на рабочий лад.

– Хозяин сам виноват, – пожаловался как-то Антонис своему лучшему другу. – Раки на крестинах было больше, чем воды.

– Уверен, это не помешало нам выпить все до последней капли, – засмеялся в ответ Манолис. – Однако сбор урожая вряд ли получится отложить.

Спустя несколько недель после крестин Софии начался сбор винограда. Виноград перебродит – и получится вино, источник нескончаемого веселья на всем острове.

Разговор происходил в одном из кафенио[3 - Кафенио – традиционная греческая кофейня, кафе.] Плаки. Под конец рабочего дня Манолис заглянул сюда, чтобы повесить свою лиру на стену за стойкой бара, где она хранилась. Бывало, по многочисленным просьбам своих друзей Манолис снимал инструмент с крючка и начинал играть. «Лира – моя единственная любовь», – часто шутил он.

Танцуя с Манолисом на празднике в честь крещения дочери, Анна ощутила жгучее желание снова быть с ним.

Его стройная фигура, энергия, с которой он танцевал и играл на лире, пробудили в ней страсть. Молодая женщина стала мечтать о том, чтобы вновь оказаться с Манолисом наедине, и через пару дней ее желание осуществилось.

Это произошло, когда няня Софии вышла с девочкой на прогулку, оставив Анну в доме одну. Несколько дней после крестин малышка вела себя беспокойно, и покачивание коляски успокаивало и убаюкивало ее.