Лабиринты Миров – 2. Мир, в котором меня ждут

Покосившиеся стеллажи, местами отсыревшие и покрывшиеся плесенью, мы разобрали и сожгли на заднем дворе. Комнату облагородили и сделали там кабинет, хотя пользовались редко и то только для того, чтобы спрятать там очередную коробку.

Сейчас я была рада, что на этом месте осталась библиотека. Через открытые двери душный запах старой бумаги ударил в нос. Воображение взорвалось: сейчас я войду, справа будет сидеть за конторкой Маша и посоветует мне какую-нибудь книгу. Да такую, что невозможно будет оторваться, пока не дойдешь до последней страницы.

В другом углу так же заброшенным смотрелся журнальный столик. На нем лежала толстым слоем пыль. Я вспомнила про тряпку, которую для вида взяла с собой, и протерла деревянную поверхность. Для обеспыливания библиотеки пригодилась щетка, что я нашла в одной из коморок, совсем новая. Пальцы пробегали по корешкам книг, чувствуя шершавый материал. Как наркомана меня передергивало от приятных воспоминаний. Книги. Учеба. Максим.

Я вновь вспомнила седые виски любимого. Не смогу себе простить, если на его голове появится еще больше серебряных нитей, вызванных страхом потерять меня где-то среди параллельных миров. Я поступила так же, как судьба поступила со мной. Пообещала вернуться и не вернулась. Но я обязательно исправлюсь, только дождись.

Не глядя, я выхватила первую попавшуюся книгу и повалилась на кресло. В углу хватало места, и я придвинула столик ближе. Между полок нашлась старая лампа, к счастью, рабочая.

Я повернула книгу правильно и прочла: «Все люди – враги». Уверена, Маша дала бы мне что-то в этом роде с хитрой ухмылкой. Ирония ли это или знак, – я так и не поняла, но уже не смогла подняться и углубилась в чтение.

Есть какая-то магия британских писателей, благодаря которой длинные романы о высоких чувствах затягивают с первых строк. Я оторвала глаза, когда в дверь постучали. Оказалось, прошло больше двух часов. Голос человека за дверью звучал знакомым, но все еще выбираясь из трясины книги, я не могла определить, кому он принадлежал.

– Ма-ам, мы кушать хотим, – прозвучал голос старшего сына…

– Иду.

Двери библиотеки стали порталом в другой мир. Здесь сердце ликовало, вытаскивая на поверхность воспоминания о былой пылкости и блаженстве, и наполняло чашу чувствами до состояния упоения и исступления.