Лабиринты Миров – 2. Мир, в котором меня ждут

Оля сразу среагировала.

– Что это? – она активно показывала пальцем на пустоты.

Рабочие пожали плечами, их работа состояла только в том, чтобы разобрать и перенести в ангар. Оля порылась в сумке, достала блокнот и начала судорожно водить ручкой по бумаге. Затем повернула набросок лицом к Максиму и сказала:

– Вот.

– Что «вот»?

– Это наш выход. С этими пустыми отсеками можно делать все, что угодно: заполнять грузом, прятать людей, уравновешивать в случае крена в какую-то одну сторону. Или за счет них расширить внутреннее пространство капсулы, чтобы поставить еще два кресла.

– Последний вариант мне нравится больше. Перевес – дело наживное. А расширение внутренней части, не увеличивая размер самой капсулы, это то, что надо. Умница!

– Мы же для себя делаем, – довольно ухмыльнулась Оля.

– А сейчас домой, пока Виталик меня не убил. Завтра с утра поделюсь нашими идеями с основной группой разработчиков, пусть используют новые данные, и тогда продолжим с тобой. Есть еще что обсудить.

– Да уж, работы не початый край.

Ты, главное, помни, что мы добьемся всего. Но не все зависит только от нас, так что в какие-то моменты придется просто ждать. Лучше заранее готовиться к тому, что для других это просто работа.

Максим кивнул, и вдруг взгляд его помрачнел. Оля не могла больше для него ничего сделать, поэтому убрала блокнот в сумку и потопала к выходу. Когда она обернулась, он смотрел на звезды, а потом вниз на ладони. Возможно, он держал маленькое фото, о котором осмелился ей рассказать.

Шаг назад 03

Я проводила капсулу издалека. В последний момент рванула со всех ног, кричала во все горло «стойте!», «я хочу с вами!», но споткнулась о торчащий из-под снега толстый кривой корень дуба и полетела вниз. Ладони и колени врезались в сырую землю. Бесслезные рыдания прорвались наружу, разрушая природную тишину.

В суете с детьми я всегда что-то забывала, вот теперь я забыла, как сильно полюбила Максима.

– Прости, – отчаянно прошептала я. – Я не вернусь.

Почему я так много за последние дни думала о детях, откладывая мысли о любимом напоследок? И, конечно же, опоздала со своими приоритетами. Сейчас на холодной земле пришло осознание, что некого винить, кроме себя, и придется учиться жить без Максима. Я продолжала повторять «прости», когда ко мне кто-то подошел.

– Извините, вам нужна помощь? – спросил мужской голос.

– Нет, я просто упала и сильно расстроилась, – ответила я, только чтобы от меня отстали.