Жизнь и удивительные приключения Арчибальда Керра, английского дипломата

Ни ругаться, ни перечить дед уже не мог.

В Британии родители купили дом. Арчи, следом за братом Робином, пошёл в местный колледж.

Шли годы. Перед окончанием учёбы мать спросила, не хотел бы он стать дипломатом, они ведь тоже много ездят по миру. Он с готовностью и с полной серьёзностью ответил:

– Там очень сложные экзамены, но, думаю, что я смог бы подготовиться. Потребуется ни один год, но вам с папой не будет стыдно за меня. Обещаю работать изо всех сил, чтобы моя статуя появилась на Трафальгарской площади!

Глава 2

Две секретарши и третий секретарь

Решено: он будет дипломатом! Понятно, что одного колледжа недостаточно – надо учиться, учиться и ещё раз учиться.

Желающие служить Соединённому Королевству в сфере внешней политики должны сдать весьма не простые вступительные экзамены. Одних иностранных языков нужно знать в совершенстве минимум четыре, да плюс другие предметы.

Керру понадобятся долгие шесть лет, чтобы получить эти знания. Год он провёл во Франции, ещё год в частном колледже в Лондоне, куда семья переехала, чтобы поддержать его в выбранной профессии, а затем годы обучения в Германии, Италии, Испании и снова во Франции.

Поддержать сына – это значит оплачивать его учёбу. Денег репетиторы и тогда стоили немалых. И даже если бы он успешно выдержал конкурс на вступительных экзаменах, родителям пришлось бы внести ещё четыреста фунтов стерлингов – залог того, что выбор юноши и его родителей твёрд, как и их кошелёк.

А если примут, то первое время зарплаты ему вообще не видать.

Только с должности третьего секретаря дипломату положены двести фунтов в год. Двести в год, по полфунта в день. Как хочешь, так и крутись. Такие правила, давно и не нами установлены…

Даже во время летних отпусков Керр не забывал о зубрёжке, удивляя серьёзностью всех родственников. Родовой дом в Инверчепеле, невысокие шотландские горы, озера, леса – это великолепные места для весёлых игр, рыбалки и охоты. А он не расстаётся с книгами.

«Сегодня я немец». И всё, что юноша видел перед собой, он описывал вслух на немецком, весь мир укладывал в тяжёлые рамочные конструкции.

Повторяя сложные правила предпрошедшего времени, думал только о своем светлом будущем. Думал, естественно, тоже по-немецки.

Назавтра он уже француз. Бродил среди скал и слушал, как эхо отвечает ему, раскатисто картавя. На третий день брал лодку и на середине озера во всё горло пел неаполитанские песни – под возмущённые крики чаек. И так день за днём, по кругу.