Золотой Цветок

– Тебе, наверное, попадались такие, – произнёс я с улыбкой, – которые любое предложение или просьбу миловидной девушки рассматривают только с одной стороны… – я хотел добавить с какой, но сдержался.

На моё предположение она ничего не ответила, вместо этого предложила:

– Я могу попросить, чтобы за тобой приехали…

– Сам доберусь. – Довольно резко ответил я. – Только адрес скажи…

Она продиктовала мне адрес и объяснила, как удобней проехать.

– Ждите мадемаузель! Как соберусь, так приеду.

– Спасибо, Толик, что согласился, – промурлыкала она нежно, а «Толик» прозвучало особенно приятно, смягчённо, даже немного ласково.

– Да не стоит благодарности, заняться всё равно нечем.

– Хорошо, я жду, – сказала она и положила трубку.

Мило, очень даже премило. Такая девочка хорошенькая, к себе позвала… Позаниматься… Настроение поднялось ещё больше. А может быть я ей понравился, и она меня к себе заманивает таким образом?

– Не льсти себе, кретин, – сказал я себе шёпотом, но мысль мне эта понравилась.

Я широко улыбался, рыская по квартире в поисках подходящей одежды. Всё разбросано по углам, не стирано, как положено в холостяцкой берлоге. С трудом нашёлся чистый свитер, запрятанный на всякий случай, вот и случай такой. Не был бы запрятан, пришлось бы идти в грязном. Бардак, бардак… Так жить больше нельзя, совсем распустился. Как растение. Ничего не нужно. На-до-е-ло.

«Всё! – решил я для себя. – С сегодняшнего дня – новая жизнь! Срочно нужны перемены!

С такими мыслями я натягивал старые потёртые джинсы.

Сейчас мода на потёртое, она и не заметит, что это они от старости такие. Дожёвывая наспех сделанный бутерброд, я напялил кроссовки и выскочил из дома. В душе от восторга всё сияло и пело. Летел, как на свидание, перепрыгивая пролёты лестницы. Возле подъезда стояла старая «восьмёрка», тоже оставленная мне предками. Прошла она со мной огонь, воду и медные трубы, и была как милый сердцу друг, с которым связаны очень хорошие воспоминания.

Глава 5

Дом, адрес которого мне продиктовала Анфиса, находился на границе города, в дачном посёлке.

В советские времена здесь раздавались дачи и дома видным государственным деятелям, учёным и людям, которые благодаря, своей деятельности и способностям, выделились из серой массы толпы и были полезны отечеству.

Вероятней всего, отец Анфисы – из членов коммунистической партии Советского Союза, сумевший после распада страны удержать своё имущество и статус в обществе. Может быть, ещё живой.