Шесть дней из жизни дознавателя

Пусть условно, через пару рукопожатий. Но при желании, благодаря матери и отцу, он доберётся до тех людей, которые могут управлять чьими-то судьбами.

А о существовании Габоронова такие люди попросту даже не знали. Не говоря уже о «рукопожатии» с ним.

Поэтому Сергей по-человечески не хотел общаться с одногруппником Денисом, а здравый смысл подсказывал ему, что ругаться с таким совершенно нельзя.

«Что же ему от меня надо?», – начал размышлять Габоронов, – «В поручители для кредита хочет попросить, что ли? Больше с меня взять нечего.

Всё остальное у него у самого есть: непыльная должность, машина, квартира, связи…».

Габоронов сидел в машине и ждал, пока Чёрный подъедет. Люди могут на лету рвать только слабых, никем не защищённых. А вес имеющих, простите, можем только тихо ненавидеть.

– Как ты? Как сам? – дежурно произнёс Зефирка, присев в автомобиль Габоронова.

– Привет Денис, – Габоронов пожал протянутую пухлую руку Зефирки и равнодушно произнёс, – Всё нормально, видишь, с работы никак уйти не могу.

– А я мимо проезжаю, смотрю, твоя машина до сих пор на стоянке. Пригляделся, да и ты сам тут, – повторился Зефирка для связки слов и начал доверительно произносить, – Слушай, братка, дело есть, Я чего тебе звонил? Ко мне одни близкие обратились, попросили помочь. Сказали материал вам передадут, в дознание.

– Ага, и? – подтвердил дознаватель, что слышит одногруппника.

– Как бы узнать кому отпишут материал? Нужно будет с ним поболтать, – озвучил свою просьбу Чёрный.

– Материалы начальница распределяет, это только у неё надо спрашивать, – пытался перенаправить одногруппника Сергей.

– Фамилия терпилы Морохин, там телесные, – назвал знакомую Габоронову фамилию Чёрный.

– Тебя терпила попросил злодея наказать сильнее? – цеплялся в последний раз Габоронов за то, чтобы просьба Зефирки не содержала нарушения закона.

– Ха! – посмеялся в голос Чёрный, – Нет, братка, там в материале может быть такой Духовский, он меня попросил помочь…

«Вот и приплыли», – подумал Габоронов, – «Духовский.

Я ж только что это дело поспешно возбуждал, с телесными. Сложное будет дело, говорила Смирнова. Начинается…»

– Духовский? Слушай, что-то припоминаю! Может даже я его и возбудил уже, – говорил не уверенно Габоронов, прячась за рутинностью и пустяковостью данного события.

– О! Да ты чё? У тебя? А можешь посмотреть? – сразу заинтересовался Чёрный.

– Да у меня, у меня. Я вспомнил. Сегодня срок по возбуждению подходил.