Я лейтенант газетного фронта. Судьбы людей в публикациях разных лет. Профессия – журналист

 – Подсудимый прав лишь в одном: его сосед Плюшин, действительно, не совсем человек…

У Федора полезли на лоб глаза, когда из-за борта прокурорского мундира через лоток поползла отпечатанная лента. Трубным голосом гособвинитель зачитал, что в Институте Киберсистем и Искусственного интеллекта соседу заменили опорно-двигательный аппарат двух ног на титановый с бустерами, а пять лет назад сделали операцию по пересадке напечатанного 3-D принтером протеза грудины и восьми ребер. «Таким образом, – закончил речь прокурор, – если принять во внимание шунтированные сосуды, кардиостимулятор на сердце, капроновые запястья, пластмассу, аккумуляторы и механизмы в теле соседа, то Плюшину осталась вживить лишь пару „умных“ протезов на титановых сплавах, чтобы стать полноценным киборгом…»

– Я не знал, что он мутант, – застонал Федор, видя, как багровеют лампочки у судьи и присяжных.

 – Он, гад, посягнул на самое дорогое для меня…

– Самым дорогим в имуществе подсудимого Матвейчикова, – пропустив «гад», зачитала досье очаровашка-секретарь, – являются подержанный джип и двухкомнатная квартира в резервации для нероботов.

К его имуществу также относятся пылесос, стиральная машина, мини-огород возле дома…

– Вам меня не понять, – гордо выпрямился Федор, чувствуя, что терять нечего. – Вы же машины. Не понять вам, как сладко проснуться утром рядом с женщиной, когда ее кожа пахнет молоком. Что вы знаете о том, как она тихо улыбается во сне! Как первый луч из окна ползет по пушку на щеке жены, и ты ревнуешь ее даже к солнечному лучу.

Вам не понять, почему в мужчине живет Отелло, когда кто-то тянет лапы к любимой…

– Вы говорите о нематериальном активе? – уточнил судья. – О невещественных  объектах по строке 1110 бухгалтерского баланса?

– Нет, я говорю о любви…

– Термин «любовь» отменен как атавизм вышедшей из употребления судебной психологии! – поморщился всей гуттаперчей лица прокурор «Вышинский». – Сдается нам, что вы враг прогресса!

– Все прогрессы – реакционны, если рушится человек! – выкрикнул Федор пришедший на ум стих.

– Это кто сказал? – напрягся судья: было видно, что это обедненная версия робота для районного суда без базы литературных данных.

– Это поэт Андрей Вознесенский написал в прошлом веке, – ожила и заморгала длинными ресницами волоокая блондинка-секретарь, которая, видимо, была модернизирована по базе стихосложения.