Бонапарт. По следам Гулливера

Служба на Святой Елене сильно подорвала здоровье капитана Блэкни, расшатав его и без того слабые нервы. Вернувшись на материк, он быстро умер, едва дотянув до сорока…

Блэкни заменил капитан того же 66-го полка Джордж Николс. Этот не пил, зато вел дневник. Мечтой Николса было описывать в дневнике свои встречи с «генералом Бонапартом» и с окружением «узурпатора». Однако с этим как раз ничего не получалось: не только Император, но и все домочадцы Лонгвуда старательно избегали надсмотрщика. И тому ничего не оставалось, как чуть ли не гоняться за ними или, на худой конец, затаившись где-нибудь поблизости, высматривать интересующие подробности.

«…Сегодня я провел на ногах двенадцать часов, прежде чем смог увидеть Наполеона Бонапарта, и такое случается не в первый раз»… «Я видел Наполеона, когда он одевался»… «Я бродил вокруг дома с половины седьмого, но он не хочет показываться»… «Граф де Монтолон сказал мне, что после ужина Наполеон часто прохаживается по бильярдной и что я смог бы его там увидеть или через окно или через замочную скважину»…».

Вот лишь некоторые из его воспоминаний о «встречах» с Наполеоном. Действительно, неплохой материал для написания каких-нибудь «мемуаров очевидца».

Наконец, не выдержав испытаний на поприще ищейки, Николс написал рапорт о замене…

Вообще, с Николсом французам еще повезло, ведь могло получиться намного хуже. После спившегося вконец капитана Блэкни должность надзирающего офицера какое-то время оставалась вакантной.

И лучшим кандидатом занять ее, с точки зрения Хадсона Лоу, был инспектор побережья и волонтеров острова Святой Елены подполковник Томас Листер. «Старик» (ему было за пятьдесят), как уже было сказано, являлся сослуживцем Хадсона Лоу в период совместной службы в корсиканском ополчении и даже какое-то время исполнял обязанности коменданта крепости в Аяччо.

Узнав о том, что губернатор намерен назначить на должность надзирателя бывшего члена Corsican Rangers, французы взбунтовались.

– Это неслыханно! – возмущался генерал Бертран. – Я напишу этому британскому индюку Хадсону Лоу письмо! Смею заверить Вас, Ваше Величество, – обратился он к Наполеону, – мало тому не покажется…

Бертран свое слово сдержал. Через несколько дней послание гофмаршала уже лежало на столе Хадсона Лоу.

«Нам стало известно, – писал Бертран, – что сей подполковник есть тот самый Листер, который командовал в Аяччо, где находится родной дом Императора.