Воспоминания Анатолия. Документальная трилогия. Том первый

При этом, именно воспламеняющийся трут, являлся предметом гордости владельца, сделанный по особой рецептуре, передаваемой в семьях. Как правило из высушенного, древесного гриба, пропитанного селитрой или из древесного волокна, вываренного в зольном щёлоке. Вот почему, бородатые владельцы огнив, часто хвастались друг перед другом, выясняя у кого лучше кресало или с одного удара, начинает тлеть трут.

«Голь на выдумки хитра!» – это изречение, не единожды оправдало себя в годы Великой Отечественной войны.

В подтверждение чего, умельцы изготавливали бензиновые зажигалки из винтовочных гильз, не хуже фабричных, а из-за того, что в школе не стало тетрадей и чернил, смекалистые родители и ученики, начали вываривать лиственничную кору и писать коричневой жижей, на бересте и газетах.

Мыло уходило на фронт. Поэтому мама, по примеру многих хозяек, заливала водой, ссыпанную в эмалированный тазик, печную золу и размешав палкой, оставляла на некоторое время.

После чего прозрачный, отстоявшийся щёлок, она сливала в банку и по мере надобности, вместо мыла, добавляла в грязное бельё. Во время стирки, едкий щёлок разъедал руки женщин, но подругому добиться чистоты, было никак…

Привозного хлеба не было. Мендольские хозяйки, выпекали его самостоятельно, всегда имея под рукой, щипок кислого теста. В тоже время, необходимые в хозяйстве, прочные и долговечные верёвки, крестьяне сучили из волокон, вымоченной конопли и конского волоса.

Так как, про капроновые шнуры, там не слыхали!

Когда я подрос, из светлых прядей конского волоса, отец научил меня, сучить невидимые в воде, рыболовные лески. Терпеливо показывая, как сращивать пряди и ввязывать восьмёркой, рыболовный крючок. Я вязал разные лески, толщиной в восемь, шесть и четыре волоса, в зависимости от размера рыбы, которую хотели ловить. Только была в этом, деликатная трудность, поскольку всё время, мне приходилось клянчить длинный волос, у совхозных конюхов.

Бедные лошади!

Я хорошо запомнил, кривоного соседа Игоря, из большой и вечно голодной семьи, который вопреки своим кавалерийским ногам, бегал намного быстрее меня и обгонял в состязаниях, всех наших сверстников! Мы подружились и ранней весной, впервые в жизни, решили пойти на рыбалку…

В воскресный день, выслушав наши чаяния, да поворчав для порядка, Николай Гурьевич охотно нам сделал, две лёгкие удочки.