Герой прошедшего времени. Фаталист ХХ

– Тебе положено по статусу, – усмехнулся Ворчун, – и мне тоже.

Этот вопрос: «Зачем нужны групповые белки?» – Жора задавал всем, от кого надеялся услышать ответ. И никто из коллег внятно и четко ответить не мог.

Анализируя все открытия в иммунологии, связанные с переливанием крови, он обратил внимание на закономерность: если на мембране есть белок, определяющий группу крови, то в плазме крови нет характерных иммуноглобулинов – антител, которые Ландштейнер назвал агглютининами.И наоборот: если нет группового белка, то есть агглютинины.

То есть природа, создавая кровь, изначально как бы разделила людей на разных не только в расовом качестве, но и групповом?

– Стоп, – сказал себе Гарин. – Расы – это генетически закрепленные признаки, зависящие от условий существования человеческих популяций. Люди чернеют, желтеют, краснеют и светлеют в зависимости от влияния внешней среды на организм. Происходит это не быстро. Процесс образования расы занимает тысячелетия.

Он искал ответы в русскоязычных и англоязычных книгах.

На вопрос: «Сколько групп крови вы знаете?» —все отвечали: «Четыре». А что с остальными маркерами? Резус —это группа? Если он есть у восьмидесяти процентов людей планеты и даже у обезьян?

Выписывая информацию обо всех обнаруженных белках, отнесенных иммунологами к групповым, Гарин понял, что спектр этих белков зависит от замкнутости популяции и связан с мутациями. Но мутации уж больно умные. Как будто кто-то ими управлял.

Но причинность возникновения этих белков Жора никак не мог объяснить.

Васильев, читая ему материал по совместимости групп, тоже не объяснил. Но сообщил необычные факты. В обеих Америках до появления там переселенцев у всех жителей былапервая группа крови. Маркеры А и Б завезли европейцы. То же самое было с Австралией и Новой Зеландией.

Однажды Гарин пришел на работу, дождался Ворчуна и спросил, не дав ему переодеться:

– Помнишь, в книге «Щит и меч» Вайс ездил в детский концлагерь, там фашисты брали у детей кровь для солдат вермахта?

– Помню, – Ворчун скакал на одной ноге, надевая хирургическую форму, – так это же фашисты.

– Но зачем у детей? Много ты возьмешь с голодного ребенка весом тридцать-сорок килограммов? Фашисты – не идиоты. Ради того, чтобы просто поизощреннее убить, они тратить расходники не стали бы.

– Какие расходники? – рассмеялся Ворчун. – Тогда всё было многоразовым: иглы —стальные, трубки – резиновые, банки —стеклянные.

– Ты меня понял, – отмахнулся Гарин.