Во имя отца и сына

Уши прожужжал отцу и матери своей прихотью. Все родительские уговоры повременить с женитьбой оказались – как об стенку горох.

Родительской твердости хватило ненадолго. Вскоре они поостыли и уже глядели на Петра Корнеевича, как на безнадежного душевно больного молодого казака.

Петр Корнеевич хорошо знал, что делать в данном тупиковом случае и недолго думая бухнулся в ноги своенравному родителю и не ошибся. Любовь и не до такого унижения доводила влюбленных молодых станичных казаков.

Корней Кононович в конце концов понял, что не в силах совладать с упертым сыном, что с таким ему все равно теперь уже не справиться, и махнул на него рукой.

Поэтому он тут же снял со святого угла икону Николая Угодника, подозвал жену и вместе с нею наконец благословил настырного сына. Допек надоедливый молодой казак своих родителей каждодневным нытьем и нудным зудом.

– Кому што, а вшивому подай баню. Так, Петро, и тебе. Женись, мать твою так, раз уж женилка выросла и невтерпеж стало, – в конце концов сказал Корней Кононович, – тольки не забывай, што тибе вскорости служба предстоить.

Делай теперича что хочешь, хучь об стенку головою бейся! – с признаками крайнего недовольства и с присущей ему грубостью выдавил из себя Корней Кононович. – Будя тибе, Петро, по станице неприкаянно шляться и баклуши бить зря.

Он попытался подыскать другие, более грубые слова, но таких не нашлось.

Материнская милость сразу вслед за мужем обернулась тоже согласием, потому что жалость взяла верх.

– Женитьба, сынок, не напасть, лишь бы, женившись, не пропасть, – предостерегла сына Ефросинья Платоновна и, повернувшись к мужу, поддакнула ему.

 – Пущай женится! Видно, мы с тобою, отец, полагаем, а Господь Бог располагает.

В результате доконал Петр Корнеевич родителей и добился своего. Корнею Кононовичу, сломленному настырностью сына и ссылкой жены на соображения Бога, наконец пришлось заявить:

– Вот через месяц, кады в поле и дома с огородами загодя управимся, деньжат трохи подкопим, тогда и свадьбу можно будить справлять.

Ровно через месяц в воскресенье вечером, как и было Корнеем Кононовичем обещано, его проворные сваты, боясь оплошать перед Георгиевским кавалером, появились в доме Паршиковых. Там они с нескрываемой дотошной придирчивостью принялись знакомиться с Петровой невестой Ольгой Паршиковой. Ее родителям они сразу дали понять, что не кота ведь в мешке собрались покупать, поэтому должны присмотреться и немного попытать невесту.