Долина истины

Весь этот коварный план, конечно же, разгадал Вараксин Евлампий, а потому пока их развязывали, да дали возможность раздеться, хотя

утренняя прохлада сентябрьской тайги и вызывала дрожь. Отец поведал сынам честно, о трагической их участи. Но вот их вера дала им силы спокойно отнестись к предстоящему смертоубийству.

Все вроде просчитал начальник команды, но что-то пошло совсем иначе, а не так как замышляли опричники.

Когда эти четверо, истинно православных христианина, обратив взоры к только что поднявшемуся над предгорьем ликующему солнцу, они с Великой Верностью Богу вдруг воспели свою последнюю молитву похожую на гимн миру прошлому и миру будущему.

Они, возгласили молитву, которая открывала Врата Рая для их Душ… Это странное созвучие, сильных мужских голосов не в храме, а в чистом поле, насыщенном чистотой природы, беззвучием небес, тишиной таежной дали свлушали стоящие вокруг них.

Боже ты мой, эти голоса, поддержанные кристальным беззвучием природы, словно огромный хор, пробуждал новый день.

Голос Веры, Надежды, Любви… Голоса необыкновенной красоты, созвучия, силы. В пении не было даже нотки беспокойства, робости, тревоги за их исчезновение, за их последний час, за их конец земного пути. А наоборот твердо, громко вещалась: Крепость, Могущество, Величавость, Великое бесстрашие пред вечным упокоением.

Эта молитва посреди поля, где должно свершиться злодейство, вдруг протрезвила, сердца палачей, которые смелы были до дармовщины, смелыми, когда кучей издевались над угнетенным, не грамотным мужиком.

СИЛА СЛОВА БОЖЬЕГО склонила этих грешников в поклоне земле матушке. Заставила креститься. И то чего больше всего боялся главный палач, эти разомлевшие попавшие под какое-то влияние четверки дрожащих, полураздетых старообрядцев, вдруг перестанут его бояться, как руководителя группы. И у них исчезнет желание исполнять его приказы.

Этот испуг, прожжённого партийца усилился страхом, что он зарубивший шашкой, заколовший штыком, застреливший не один десяток русских людей, вдруг сам смалодушничает, поддастся этому общему сопереживанию, голосу совести и справедливости.

И в этот момент, этот инородец вдруг понял, как глубоко он ошибался, считая людей старой веры, да и вообще верующих – фанатиками. Оказывается фанатизм и Вера, разные по сути материи.

Тех, кого он намерен изничтожить, все разного возраста, роста, характера, но едины в одной своей преданности Бог.