Долина истины

Конвоир, наполнил один котелок кашей, другой борщом, с разрешения начальника привел арестантов к нужному месту, прежде тех мыться завести, проверил, однако, что внутри ничего лишнего нет., кроме горячей и холодной воды, одна входная дверь и маленькое окошечко над ней, другого выходи иль входа там нет, а дверь на засов закрывалась. В общем развязал руки у пленных и втолкнул их в помывочную, дверь на щеколду закрыл. Сам же рядом на лавочке расположился, откушать и чуток передохнуть, мало того кто-то видно случайно под скамейкой бутылку самогонки забыл.

Это дядька Федор спиртное положил, да так чтобы видно было.

Ну а наши смертники, оказавшись в предбаннике быстро проникли через люк в основное помещение, где как раз мылись казаки, кто там в пару да брызгах узреет, как два чумазых, голых мужика, хоть и побитых слегка, из люка незаметно вылезли для вида с шайками походили, ополоснулись, чтобы кровь да грязь с себя смыть и приметив, белогвардейцев, что только разделись и в парную ушли, быстренько одежду этих воинов одели, выйдя на улицу подошли к месту, где кони казачьи привязаны в ожидании своих хозяев, по указателям на пиках узрели лошадей тех, чью одежду они похитили.

Быстренько вскочили и галопом в сторону бора. Всё это со стороны Лешка Коновалов пронаблюдал, перекрестился и уже спокойной поехал в магазин, чтобы купить водки и обмыть своё звание и благополучный побег родного брата. Да вот только через неделю сотня, где Лешка уже командовал отделением казачков, следуя маршем в один из поселков на окраине Бийска, столкнулся с отрядом красных. По количеству воинов они равны были, по тому никто не хотел уступать. К тому же на сторонах обеих были только русские мужики и парни без всяких пришлых интернационалистов.

Вот и схлестнулись две силы одинаково великие по духу, отношение к земле матушке, но разные по тому, как жить далее – вольно без царя иль под троном государственным.

Самое страшное в такой войне, когда порушены заповеди Бога – от этого и страдает вся культура любого народа.

По тому жестко, без переживаний, сожаления рубились русские люди на совесть, без изъяна в душе. Так уж созданы и воспитаны нашими предками. Лешка еще из дали спасенного брательника узрел, зарубив пару красноармейцев, лицом к лицу с Васькой оказался. Тот с саблей в одной руке, в другой маузер, да вот патроны кончились.