Соломон. Царь тысячи песен

Это нельзя было выразить словами, но воздух в комнате стал таким, что, казалось, его можно потрогать руками.

– Звал меня? – раздался голос.

Соломон отчаянно завертел головой, пытаясь определить, откуда идет звук.

– Не крутись и сядь. Захочу – покажусь тебе. Зачем звал?

Соломон судорожно проглотил комок в горле и попытался унять предательскую дрожь в коленках.

– Кто ты?

– Так ты вызывал, не зная кого? – послышался хриплый смешок. – Это, скажу тебе, небезопасное дело.

Может очень плохо кончиться.

– Я вызывал демона! – взял себя в руки Соломон. – Демоны должны являться тому, кто имеет над ними власть, – не очень уверенно добавил он.

– Да? – засмеялся голос. – Тысячи лет живу, а слышу об этом впервые. А что такое власть, и зачем она тебе?

– Сначала скажи: ты – демон? Кто ты?

– Мне становится скучно. А еще говорят, что Соломон мудр. Я вижу пока, что неинтересен и невежлив.

Вызываешь того, кого не знаешь, и, думаю, зачем – тоже не знаешь. Ладно, поговорим, раз я сюда явился. Я не демон. Хотя это все гораздо сложнее, чем люди напридумывали, много сложнее. Я – Каин.

– Каин?! Тот самый Каин, сын Адама?

– Тот самый. А кого надеялся увидеть ты?

– Не знаю, я это делаю впервые… Каин! Но ты же был обречен Сущим на вечные скитания на Земле, скитания и гонения. Ты – человек, а не демон!

– Дааа! За тысячи лет люди не очень-то изменились, поглупели только без меры! – вздохнул призрак.

 – Что ты заладил про демонов? Ты их видел, знаешь что-то про них, кроме глупых сказок? Я – не совсем человек. Разве жил кто-то из смертных под небом тысячи лет?

– Нет, о таком мне неведомо. А почему именно ты явился мне сейчас? Мельхола своими заклинаниями вызывала тебя?

– А почему ты меня спрашиваешь? Спроси у Мельхолы.

– Хочу знать от тебя!

– А что будешь делать со знанием? Не боишься его? Многие знания умножают многие скорби!

Мудро! – подумал Соломон.

 – Нужно запомнить.

– Мельхола своими заклинаниями могла вызывать только смех, – продолжил Каин. – Да и ты тоже. Скучно мне, вот и явился. Многое изменилось в мире с тех пор, как изгнан я был Господом. И наказание мое оказалось слишком строгим в свете того, что творят люди сейчас под небом.