Ворожея

Здравый смысл указал на Калинин – час сорок от Москвы на электричке.

Действительно, поступил, отучился, женился, перед окончанием института развелся, слава богу, без детей. Затем обязательное распределение в район.

Отработав по распределению положенные годы в районной больнице в Рязанской области, Герман приехал в Москву и пошел устраиваться на работу. В трудовой его были записи: «врач-ординатор» и «заведующий терапевтическим отделением». Хотелось попасть в ординатуру.

Однако в какой-то больнице его не устраивала зарплата на предлагаемой должности, в другой начальству не нравилась родословная Германа.

Так ничего подходящего не найдя, он пришел в главк и наткнулся на табличку: «Отдел ординатуры». Заглянул.

Здесь просмотрели его бумаги и сказали, что с сентября начнется набор в ординатуру по скорой помощи, но для этого надо непременно устроиться работать на скорую. Хотя бы на пару месяцев, это формально даст право поступить на курс с отрывом от производства. Два года учебы пролетели незаметно.

Уже после семьдесят третьего года, когда объединили скорую и неотложку, открывались новые подстанции и обнаружилась острая нехватка заведующих подстанциями, Герману, к тому времени уже несколько лет проработавшему старшим врачом, предложили возглавить новую подстанцию на окраине Москвы. Он, не думая, согласился, подстанция в двух шагах от дома.

Стахис подвинул Носову чашку со свежезаваренным чаем – Вилена позаботилась – и спросил:

– Ну, как дежурится? – Он всегда так спрашивал, когда в неформальной обстановке сталкивался с Носовым.

Маленькая, Носову она была не выше плеча, с очень гармоничной фигурой, вьющимися каштановыми волосами и огромными, чуть выпуклыми (в отца) глазами, поверх которых опускались пушистые ресницы, она сидела, помалкивая, лишь тихонько отхлебывала с ложечки горячий чай.

Носов пожал плечами:

– Да, в общем, все нормально.

Стахис понимающе кивнул. Они еще некоторое время молча потягивали чай, потом Вилена вылезла из-за стола, при этом край ее халатика зацепился за угол и расстегнул пуговичку, открыв смуглый живот и пупок.

Герман сверкнул глазами. Вилена спокойно застегнула пуговку и сказала:

– Жарко же…

Носов сделал вид, что ничего не заметил.

– Иди, поспи! – приказал заведующий подстанцией.