Ошибка императора. Война

– И что, русские поверили этой лжи? – спросил принц.

– Не сомневайтесь, ваша светлость. Поверили… Как я уже говорил, наш человек в окружении императора Николая сообщил, что информация Бруннова о разговоре с французским послом весьма и весьма порадовала императора. Он ещё более уверился в своих надеждах на наше с ним сотрудничество. И свои намерения в отношении Турции не изменил, скорее, наоборот, усилил.

Королева огорчённо покачала головой, но промолчала.

Повернувшись к королеве, старый дипломат склонил в почтительной позе голову и твёрдо произнёс:

– Так что, ваше величество, я скажу больше: назад дороги нет.

– Война с русскими?!.. За спиной императора Николая?!.. И всё-таки это как-то дурно попахивает! – несколько пафосно воскликнул принц Альберт.

Палмерстон вопросительно посмотрел на королеву. Она с некоторым удивлением посмотрела на мужа, но опять промолчала. В интонации супруга королева уловила нотки фальши. В его голосе уже не было той первоначальной искренности, присущей принцу в начале аудиенции.

– Англия превыше всего, Альберт, – и, вздохнув, с тревогой в голосе добавила: – Ты опять прав, Альберт. Начать войну действительно просто, но иногда и гений не сможет её закончить. Финалы битв всегда опаснее их начала – они непредсказуемы. Надеюсь, сэр Генри, моё правительство знает, что делает. Но учтите, повторюсь, это Россия… Огромная и непредсказуемая!

Сжав плотно губы, королева покачала головой.

Двери кабинета открылись: аудиенция закончилась. Сэр Генри поклонился и направился к выходу. Уже у самого выхода он услышал голос принца Альберта:

– Сэр Генри, а какой вам видится Россия, если всё пойдёт по вашему плану?

Палмерстон остановился, медленно развернулся и, несколько растягивая слова, произнёс:

– Хочется видеть её, Россию, в границах Московии, ваша светлость, – и, вежливо поклонившись, вышел из кабинета.

Уже выйдя на улицу, он недовольно прошептал:

– В границах Московского царства… Мечты, мечты!

С этими мыслями он раскрыл над собой зонт. Дождь всё-таки начался.

Под впечатлением разговора с министром супружеская чета молчала. В кабинете установилась тишина, прерываемая треском дров в камине. Королеве казалось, что треск, доносившийся из камина, был похож на ружейные выстрелы, которые вот-вот загремят на полях сражений.

Королева зябко поёжилась.