Ошибка императора. Война

При жизни великого князя сей шедевр творчества великого архитектора редко пустовал: балы, празднества, фейерверки… Но четыре года назад Михаил Павлович неожиданно покинул этот бренный мир, и дворец в числе прочего отошёл его супруге, великой княгине Елене Павловне[25 - До принятия православия – принцесса Фредерика Шарлотта Мария Вюртембергская.].

Конечно, балы продолжались. Пусть реже и менее пышно, без фейерверков и прочих великосветских забав, но благодаря усилиям великой княгини они стали больше напоминать деловые рауты высокопоставленной знати.

Именно это и пришлось по вкусу столичной элите и иностранным дипломатам: всегда можно за бокалом шампанского встретиться с нужными людьми, минуя официоз императорского двора. Деловой тон подобных встреч, тем не менее, не мешал молодёжи по-прежнему танцевать, знакомиться и веселиться. Очень часто эти встречи посещал император с супругой, и получить приглашение на эти мероприятия было, конечно, не только трудно, но и весьма почётно и престижно. Вот и сегодня здесь ждали государя.

Великосветские балы… Бал – совершенно особенное событие в жизни любого дворянина. Здесь он был человеком своего сословия, как говорится, «равный среди равных». Хотя нет, чего грех на душу брать, и на балах кто-то всё равно был главнее остальных. Кого-то громко, с дрожью в голосе представляли при появлении в зале, кого-то объявляли скромнее и без должного почтения, а кто-то сам бочком незаметно протискивался в залу. Зато все приглашённые, и это чистая правда, могли блеснуть остроумием, манерами, познакомиться с нужными людьми, да и просто найти себе партнёра из своего круга для создания семейного очага.

Вот и в этот вечер Елена Павловна в своём Михайловском дворце давала бал, на который прибыли гости даже из Москвы, благо чуть более года назад открылось регулярное железнодорожное сообщение между Санкт-Петербургом и Москвой. Сам канцлер Нессельроде прислал хозяйке дворца гонца с известием, что император посетит бал обязательно.

К исходу дня на площади вдоль здания выстроились расфранчённые кареты, запряжённые четвёрками, а то и шестерками холёных лошадей.

Вторым рядом к ним пристроились кареты куда скромнее; обычные же городские экипажи, высадив не столь богатых пассажиров под строгим взглядом дворцовой охраны, тут же покидали площадь. Один из таких экипажей (довольно элегантная бричка с закрытым кожаным верхом и двумя круглыми окошечками по бокам) как раз подкатил со стороны Михайловской улицы к парадному входу дворца.