Светлейший

Бассевиц помолчал, видимо, давая возможность хозяину свыкнуться с неизбежностью.

– И потом, ваше высочество! – министр придал своему голосу ещё больше трагичности и, наверное, к тому же нагнулся в почтительно-просительной позе. – Заключённый в прошлом году мир шведов с датчанами, думаю, похоронил надежду на скорое возвращение ваших фамильных владений. У вас нет другого выхода. Надо соглашаться, ваше высочество!

Как видно, исчерпав доводы, голос стих. Повисло тяжёлое молчание.

Наконец Карл Фридрих с обидой в голосе произнёс:

– Вот до чего довела меня моя тётушка! – затем патетически воскликнул: – Я, наследник шведского престола, вынужден свататься к русской принцессе.

Щи и каши, студни, мясо с огурцами и солёными лимонами – вот что меня ждёт! О мой Бог!..

«Когда хозяин раздражён, мне здесь лучше не торчать!» – сообразил Томас. Выскользнув из комнаты и бесшумно прикрыв дверь, он стал тихо спускаться по лестнице.

– …А ещё, ваше высочество, фленсбургские устрицы, утиные ножки в кислом соусе… Вы же их любите.

Орехи, яблоки, лимбургский сыр, – вещал граф. – И всё это под превосходное красное французское вино… Не так уж и дурно, ваше высочество. Решайтесь! – услышал Томас вдогонку.

Карл Фридрих затравленно оглянулся на своего министра и выбежал из кабинета. Спустившись по лестнице вниз, он, не обращая внимания на копошившихся в гостиной слуг, неожиданно замер: в глаз попал солнечный зайчик. Герцог взглянул на сверкающую люстру, затем перевёл взгляд на своё отражение в зеркале, усмехнулся и, махнув рукой, удручённо громко произнёс:

– Что делать, граф? Придётся ехать в эту варварскую страну.

Давайте, Бассевиц, начинайте хлопотать, – и уже было направился в сторону двери. Но, взявшись за ручку, он вдруг остановился и спросил у слуги: – Как зовут?

– Томас, ваше высочество!

– Вот что, Томас, начинай учить язык варваров, русский, вместе туда поедем, – с язвительной иронией произнёс герцог и, громко хлопнув дверью, удалился из зала.

Министр же устало, но с явным облегчением, словно освободился от тяжёлого груза, выдохнул. Было видно, что он своего добился.

Граф аккуратно прикрыл половинки дверей кабинета, замурлыкал модный мотивчик и начал медленно спускаться по лестнице…

– Вот и солнышко опять вышло! Слышал, Томас? – довольным голосом произнёс он. – Собирайся, малый…

Не поднимая глаз, Томас скривился.