25 дней и ночей в осаждённом танке

За незамысловатыми словами и с какой чистотой, искренностью они были сказаны, Краснопеев увидел нерастраченную красоту девичьей души.

Звали ее Ирой. Они танцевали, а она рассказывала о себе. В первый год войны поступила в медицинский институт. Так ей виделась самая короткая дорога на фронт. После второго курса в военкомате ей отказали.

– И после войны нужны будут врачи, – сказали мне.

Она вспомнила об этом, как о самой большой обиде.

– Я не послушалась, взяла академический отпуск и пошла работать монтажницей в сборочный цех.

После войны продолжу учебу в медицинском институте и стану детским врачом. Я очень люблю маленьких детей, – смутившись за признание, опустила глаза.

Краснопееву нечего было рассказать о себе. Его жизнь, как две капли воды, была похожа на жизнь его сверстников.

До войны закончил три курса института. Сейчас бы он уже работал инженером-механиком. Война поломала все планы. Призвали в армию и направили в Саратовское танковое училище.

– Окончится война.

После института приеду на ваш завод строить танки, – пошутил он, а Ира восприняла это совсем по-другому.

– Когда чего-то очень хочется, мечта обязательно сбудется, только надо этого очень, очень хотеть, – с уверенностью умудренной жизненным опытом женщины, проговорила она.

– Я тоже так думаю, – согласился с ней Краснопеев.

Они танцевали до конца вечера, пока в зал не вошла уже немолодая женщина.

– Девочки, танцы закончены. Пора расходиться. Вам завтра рано вставать, – проявила она о них материнскую заботу.

После танцев Ира пригласила Краснопеева к себе в общежитие. Девчата из ее комнаты перешли в другие, оставив их одних. Изголодавшиеся по мужской ласке девушки. Их никто ни обнял, ни поцеловал, не пожалел за годы войны.

Утром Ира, крепко обняв Краснопеева, неожиданно спросила, кого он хочет, мальчика или девочку?

– Девочку, – не задумываясь, ответил он.

– А как мы ее назовем?

– Не знаю, – ответил Краснопеев, растерявшись от заданного вопроса.

Ира наморщила лоб, задумалась.

– Назовем Ольгой, любимым именем Пушкина, – решила она. – Ты согласен?

– Согласен, – ответил Краснопеев.

Они строили планы, как после войны будут жить, работать, воспитывать дочь….

За окном громко и протяжно загудел заводской гудок, созывая на работу.

– Мне пора вставать. Опаздывать нельзя, – предупредила Ира.

Они поели, что у Краснопеева осталось после дороги и пошли на завод.