Со мной и без меня

Его и сегодня нельзя рассматривать в отрыве от здания Морвокзала. Это творение выдающегося архитектора Каро Алабяна и заслуженного строителя страны Георгия Пясецкого. Поразительно, но в то время начальника стройки Сталин назначал особым постановлением. Можно себе представить, какая ответственность легла на плечи молодого гидростроителя! Кстати, и место под строительство порта выбирал сам И. Сталин. Точнее сказать, не выбирал, а указал. «Здесь, в центре города, на месте рынка». Эту фразу «вождя народов» знал каждый взрослый человек от Адлера до Лазаревской – весь Сочинский регион.

И я с детства был посвящен в то, что выбор этот был не обоснован и поэтому неудачен. Порт в нарушение всех законов гидротехники построен на мысу. Специалисты предлагали другое место – Хосту… Но кто мог спорить…

Георгий Яковлевич Пясецкий с блеском справился с задачей. Сегодня порт – это витрина города. И не его вина, что в здание морвокзала, памятник мирового значения, втюхали столичные магазины…

А еще семья Пясецких – и Стелла Семеновна, и их сын, мой друг и ровесник Дима, – сделали свой дом на улице Войкова, 32, самым ярким и хлебосольным во всем городе.

Кто только здесь не бывал: Леонид Утесов, Марк Бернес, Юля Борисова, Юрий Левитан, Николай Рыкунин, Капа Лазаренко, Марк Фрадкин, Иосиф Прут…

После концертов они собирались на огонек у Г.Я. Пясецкого. Под утро все расходились отдыхать и лишь начальник стройки Пясецкий шел в порт. Это пятьсот метров по прямой от дома.

Впереди у него были другие тяжелые эпопеи – порты, каналы, мосты… Ушел из жизни Георгий Яковлевич заместителем министра морского флота СССР.

Во время подготовки к зимней Олимпиаде в Сочи порт пережил второе рождение. Но это уже было связано с именем другого замечательного человека – министра транспорта России Игоря Евгеньевича Левитина.

Как-то я давал интервью «Известиям», помню, журналистка Елена Овчаренко спросила: «Наверняка задумывались, кем могли бы стать?» Ответил: хотел быть дирижером.

Когда-то в оркестре Дома пионеров я играл на трубе. С восторгом! И очень нравилось, как нами управлял опытный музыкант. Джазовый, кстати. Он нас, пионеров, такому джазу учил, что иные ресторанные «лабухи» могли, что называется, нервно в сторонке покуривать. Как только с нас галстуки в ту пору не посрывали!

Мама, раньше работавшая учительницей в той же школе, где учился и я, не особенно приветствовала музыкальный род моих занятий.