Виктор Цой и его КИНО

Кстати, сохранилась фотография с этого концерта, сделанная Валентином Барановским, талантливым фотографом, в ресторане «Трюм». Молодой, с небольшими юношескими усиками Цой сидит вытянув ноги, рядом с дурачащимся Пановым и приятелями.

Исполненная Цоем песня так подействовала на присутствовавшего там Троицкого, что тот потом везде о ней рассказывал, в том числе сообщил и Борису Гребенщикову, предрекая: «Вот та молодая шпана, что сотрет вас с лица земли».

По словам Рыбина, БГ, будучи уже тогда мэтром рок-музыки, совершенно не воспринял всерьез слова Троицкого, но при следующей встрече БГ, ехавший вместе с Цоем в электричке из Петергофа, был просто поражен талантом и искренностью юного музыканта.

Виктор Цой: Конечно, БГ. Знакомство с ним – это вообще мистика. Ехали вместе в электричке… Кажется, в электричке. Он услышал, как я пою, и сам подошел, предложил помощь. Если бы я не знал БГ, не слышал о нем, то, наверное, испугался бы такого напора

. Мне было тогда лет 17. Было у меня песни три написано, в общем, только-только начинал.

И мы встретились в ресторане, на каком-то дне рождения. Там я спел «Мои друзья». Познакомились, но довольно долго не встречались. Потом был концерт «Аквариума» в университете, на обратном пути в электричке и попел еще несколько песен. Потом опять какой-то день рождения, и тут разговор – добрые слова Бориса, обещания помочь нам.

Выступления с «АУ» в Москве и последующие тусовки сблизили Виктора и Алексея Рыбина, и все это вылилось в совместную поездку (в компании с общим другом – Олегом Валинским) в Крым, в поселок Морское.

Море, пляж, красивые девушки, местное вино в трехлитровых баллонах и горячее желание реализовать творческий потенциал привело к тому, что именно там, в Морском, были впервые произнесены вслух слова о создании новой группы, которую с ходу окрестили «Гарин и Гиперболоиды».

Оставшиеся дни своего отдыха новоиспеченная группа плотно занималась репетициями. Эта работа не прекращалась и по возвращении в родной город.

Виктор, Алексей и Олег непрерывно репетировали дома, отдавая предпочтение той из квартир, где отсутствовали родители. В результате столь упорного труда к осени была готова идеально отработанная 40-минутная программа, которую было не стыдно «показывать» кому бы то ни было.

Планы ребят по организации квартирных концертов никак не могли воплотиться хотя бы в одно выступление, а потому поиграть «на публику» удавалось лишь в кругу друзей.