Виктор Цой и его КИНО

В черном комбинезоне, перетянутом ремнем электросварщика с двумя рядами застежек, он и двигался с какой-то нереальной пластикой. В какой-то момент Каспаряна порвалась струна, и группа была вынуждена сделать перерыв. Музыканты ушли со сцены, в зале повисло молчание. Потом из-за кулис снова вышел Цой, уже с гитарой. Его встретили овациями. Он коротко сказал в микрофон, что порвалась струна и нужна пауза для ее замены, а пока он сыграет один. И начал играть, зал стал подпевать, люди знали каждое слово. Так я первый и единственный раз услышал живое исполнение песни ставшей культовым произведением «Алюминиевые огурцы».

Затем вышли музыканты, и концерт продолжился. Помню, в зале очень выделялась группа людей другого возраста, хорошо одетых, лет на десять-двадцать старше нас.

Уже через несколько лет я узнал на фото одного из них. Это оказался известный советский режиссер Сергей Соловьев. Тогда он, так же, как и мы впервые пришел на концерт «КИНО» вместе со своей творческой группой.

Концерт закончился несколькими бисами, группа уходила, но ее вновь вызывали, весь зал стоял.

Музыканты были мокрые от пота, такими же мокрыми были первые ряды, и вообще все, кто двигался в ритм

.

Дмитрий Лапшенников: Однажды мы с Лилией Борисовной стояли у больницы и пытались поймать такси, очередь была большая, перед нами стояла американка, которая на ломаном русском кричала «Я ехать до гостиницы «Россия», попутчик не брать!». Я узнал эту даму, и двух спутников, которые ее сопровождали.

Высокого звали Борис Гребенщиков, а второго – Виктор Цой. Это была Джоана Стингрей. Просто я увидел их на улице и узнал. Судя по обрывкам разговоров они то ли от Коли Васина ехали, то ли к нему. До этого Цоя я видел лишь несколько раз на квартирниках. И то, собственно, на Майка ходил…

Я странную вещь, заметил. Мы все со временем меняемся, а вот те люди, которых я хочу увидеть, они остаются неизменными. Как тогда их сфотографировала моя память, такими они и остались

.

В декабре 1986 года Цой познакомился с французом Жоэлем Бастенером, который в будущем сыграл огромную роль в истории группы «КИНО».

Жоэль Бастенер: Не помню честно, где мы познакомились. То ли у художника Андрея Медведева, то ли у Сергея Фирсова. Во всяком случае, нас мог познакомить кто угодно: от Курехина до «Африки», так как мы у всех бывали в гостях. Где меня тогда только не было…

Роман Смирнов: И вот пробкой от шампанского грохнул Новый год.