Батальон крови

Увидев свои старые позиции, Гриша на какое-то время забыл о телефоне и строгом человеке из штаба, имени которого он не спросил. Он увидел лежащие на земле трупы. До этого они словно не существовали, а тут вдруг появились все сразу. Волнение и непонятный вязкий страх, сковывающий тело, вернулись.

– Как я смог? – шепотом спросил он сам себя. Вспомнил, как во время атаки, словно в каком-то забытьи, уперся лицом в разорванное тело и испачкался кровью. Гриша сел у аппарата на ящик, стараясь забыть страшную картину и не думать о вчерашней атаке.

Он посмотрел на телефон, собрался и стал спокойно размышлять, как ему сообщить комбату о звонке.

– Чего мне боятся своих? Вон чего надо бояться: не остаться наполовину разорванным, торчащим из земли, – вновь прошептал он.

Все его мысли и придуманные планы рухнули, как только снова сработал телефон. Григорий снял трубку и четко доложил:

– Рядовой Михайлов слушает!

– Ну что, комбат встал? – услышал он тот же голос и почувствовал, как на смену чужому, тупому и непонятному страху пришла радость.

Он решил, что теперь обязательно узнает имя старшего командира. Причем сделает это по форме, как его учили.

– Никак нет. Спит. Не приходил.

– Придется будить. Беги за ним, скажи, комдив вызывает.

«Ну вот, – подумал Григорий, – и спрашивать не пришлось».

Он четко ответил:

– Есть.

Положил трубку и побежал к землянке. Выскочив из ДЗОТа, он глубоко вздохнул, вспомнил слова деда, что орать не надо и поспешил за комбатом.

Быстро прошел по траншее, увидел землянку и стоящего около нее капитана Киселева: он внимательно рассматривал позиции немцев и докуривал маленький чинарик, еле удерживая его кончиками пальцев.

– Товарищ капитан, комдив на проводе!

– Иду, – ответил Киселев и, бросив в рыхлую землю остатки сигаретки, выпрыгнул из окопа и, пригнувшись, побежал к ДЗОТу.

Их разговор затянулся: сначала они, смеясь, приветствовали друг друга, но затем лицо комбата стало мрачным. Григорий, увидев это, понял: предстоит серьезное сражение и со стороны фашистов будет предпринято все, чтобы вернуть высоту.

Киселев положил трубку телефона посмотрел на Григория и, улыбнувшись, спросил:

– Ну, как, выстоим?

– Конечно, – усмехаясь, ответил солдат. В тот момент Гриша не представлял, что их ждет. Первый бой развеял его сомнения, и он решил, что воевать не так уж и страшно, но война решила преподнести урок – показать, что это не прогулка и не курорт.