Мастер, который создал тхэквондо

Таким образом я смогу продемонстрировать, что могло случиться в реальной ситуации… В начале поединка я занял оборонительную позицию, позволив противникам нападать на меня. Удары я легко блокировал или уворачивался. Спустя три минуты я продемонстрировал, как мог бы нанести решающий удар одному, другому и третьему сопернику.

Зрители были в восторге. Они аплодировали мне и скандировали: «Корейский майор номер один! Корейский майор номер один!» Больше всех радовался мой сослуживец Ким Чен Гап. Во-первых, он доказал всем, что такой майор действительно существует.

Во-вторых, он понимал, что после того, что после демонстрации в академии, он будет пользоваться большим авторитетом как друг Майора номер один. Так и случилось. Хочу отметить, что он тоже не остался передо мной в долгу: за время нашей нелёгкой службы я не раз обращался к нему за помощью. Он ни разу не отказал мне, и я всегда мог рассчитывать на поддержку американской военной полиции, в которой после академии служил Ким Чен Гап.

***

Стояла прекрасная корейская осень. Солнечный денёк, чистое небо, ни облачка. В этот чудесный день я возвращался пешком с работы – не хотелось брать машину. Было так хорошо! Каждая минутка осеннего дня дарила наслаждение. Проходя мимо театра Су До, я увидел огромную очередь возле касс – большущую толпу, хвост которой вылез на проезжую часть. Я подошёл ближе, прочитал афишу. Судя по времени на афише, представление давно началось, но люди не думали расходиться. Серьёзного вида охранники пытались сдержать натиск толпы.

Но некоторым всё-таки удалось просочиться в театр. Всё это казалось сумасшествием. Неужели театральная постановка того стоила?

В толпе находились и солдаты – они, по всей видимости, находились в увольнительной. Те тоже возмущались, пытались проникнуть внутрь. Некоторые размахивали билетами. Охрана грубо отшила их, мол, бритой солдатне даже с билетами нечего делать в приличном месте. Началась драка…

Я встал прямо посреди схватки, заорал:

– Приказываю прекратить!

И действительно, дерущиеся застыли.

– Открыть немедленно двери театра!

Когда я работал в центральном государственном штабе, работа обязывала выглядеть солидно – возможно, поэтому охранники восприняли мой крик как приказ и впустили внутрь. Опомнившись, охрана попросила предъявить документы. В ответ я напомнил, что театр – культурное место, а не режимный объект. И здесь требуется любовь к искусству, а не какие-то корочки.