Азар. Огонь в Ираке. Книга 1

– Я не собираюсь ублажать тебя! Если попытаешься изнасиловать, знай – я буду сопротивляться до конца, клянусь! – прорычала Кетрин.

– Не давай опрометчивых клятв. Я уверен, твоё сопротивление очень быстро падёт. – Со спокойной уверенностью констатировал Ренат, многообещающе улыбнувшись. – Но даже если нет, я возьму тебя в любом случае, пусть мне придётся для этого связать тебя и засунуть кляп в рот. Хотя нет… твой ротик мне нужен свободным.

Кэтрин мгновенно вспыхнула, уничтожая его взглядом.

Какой же он мерзкий! Надменный, самоуверенный, непробиваемый!! Её первое смятение прошло, она больше не тряслась от страха или смущения, все её эмоции затмило чувство куда более сильное – гнев!

Кем он себя возомнил, её хозяином?? Рассчитывает, что она станет безропотно трахаться с ним, лишь бы угодить? Думает, напугал её холодным душем? Не на ту напал!

Ренат же оставался расслабленным и спокойным. Как всегда. Её дико бесило его хладнокровие, особенно в тот момент, когда она буквально готова лезть в драку!

Что может вывести его из себя?? Она бы многое отдала, чтобы это выяснить.

Ренат молча наблюдал за ней, усмехаясь её нелепым мечтам о самозащите. Он сидел достаточно близко, давая ей возможность рассмотреть его. Врагов надо знать в лицо.

Его руки полностью были забиты тату с непонятными ей узорами и надписями на арабском. Кетрин заметила татуировку, на которую раньше не обращала внимания: скорпион с поднятым вверх острым жалом и раскрытыми клешнями – от плеча до шеи.

Интересно, что это означает?

На его бронзовой от загара коже виднелись шрамы и следы уже заживших ран от пулевых ранений. На шее блестела серебряная цепочка с военным жетоном. Рельефное лицо типичной восточной внешности. До того, как ему сломали нос (аплодирую этим людям!) и не появились шрамы, он мог бы считаться красивым мужчиной. Высокие скулы, щёки слегка тронуты щетиной, губы привыкли изгибаться в усмешке, глаза… Единственное, что сбивало с толку – глаза, совершенно нетипичные для его национальности ярко-голубые глаза с тёмными ресницами.

Всегда предельно внимательны, холодны и непроницаемы. Взгляд глубокий и тяжёлый, словно он видел в жизни что-то, после чего уже ничего не боится и ничему не удивляется.

Но сейчас она видела в прозрачной глубине его глаз языки разгорающегося пламени.