«Одиссей» Северных морей

А вот правее или левее открывался вид безбрежного океана. В салоне раздался звонкий детский голос «Мама, смотри какое большое море». Постепенно пассажиры успокоились. Степан с Милой тоже откинулись на спинки кресел. Но, однако Степан чувствовал смутное беспокойство. За время службы он привык доверять интуиции, а сейчас размышлял какая же гадость их ждёт. В эконом-класс зашёл Владимир, в руках он держал нераспечатанную бутылку коньяка. Муж Милы остановился перед креслами, где сидели Степан и Людмила.

– Мне нужно с тобой поговорить, – обратился он к жене.

Мила молчала и смотрела на свои колени. Степан поднял взгляд на Владимира. Муж женщины, сидящей рядом, не выглядел злым. Может немного пьян.

– Пойдём поговорим, – спокойно повторил Владимир.

Мила встала, и они пошли в хвост самолёта. Стёпа по-честному не знал, как себя вести в такой ситуации. Женщина ему нравилась вне всяких сомнений. Между ними произошла интимная близость, пусть даже на уровне ласк и поцелуев. Он посмотрел на часы, прошло три с половиной часа, как самолёт летел над океаном.

Степан глянул в иллюминатор, картинка всё та же. Он снова подумал о Людмиле и решил посмотреть на то, о чём они там говорят. Степан подошёл к туалетам в хвосте самолёта. Здесь стояла очередь на посещение.

– Простите, вы не видели здесь молодую женщину и выпившего мужчину с бутылкой коньяка в руке? – спросил он женщину с ребёнком.

– Кажется, они пошли в багажный отсек, – ответила пассажирка.

Степан начал спускаться по лесенкам в багажный отсек.

Уже внизу, за полками с багажом, Степан услышал разговор.

– Я с тобой хочу развестись, чтобы ты не делал, мы разведёмся, – говорила Людмила дрожащим голосом.

– Об этом будем говорить, когда приедем. А сейчас ты сделаешь то, что я тебе прикажу, подстилка грёбаная, – её муж не повышал голоса, но явно злился.

– Нет. Я уже сказала и это моё осознанное решение. Я тебя не люблю и никогда не любила. Была молодой дурочкой, мне затмили глаза твоя обеспеченность и ухаживал ты красиво.

– Закрой рот, сука, и слушай.

Ты нагнёшься и задерешь подол, шлюха. Будешь послушной, тварь. Забыла, как сидела в подвале? Я могу придумать более интересное занятие, высмотрел кое-что в интернете. Думаешь я не понимаю зачем ты оделась в это платье? Хочешь разозлить меня? Считай, что у тебя получилось. Я же знаю, что тебе нравится, когда тебя насилуют, просто признаться себе в этом ты не хочешь, – он явно заводился.

Семён вышел к ним из-за стеллажей. Владимир увидел его.